Размер шрифта:
Изображения
Цвет сайта:
Настройки
Обычная версия сайта

Настройка шрифта:

Выберите шрифт: Arial Times New Roman

Интервал между буквами (Кернинг): Стандартный СреднийБольшой

Выбор цветовой схемы:

Черным по белому
Белым по черному
Темно-синим по голубому
Коричневым по бежевому
Зелёным по темно-коричневому
Закрыть панель
Вернуть стандартные настройки
Стихи и песни о Тюмени
Аудио
Видео
Книжные новинки
Программы просмотра fb2
Программы просмотра pdf
Рейтинг@Mail.ru

 


Шамсутдинов Николай Меркамалович (26 августа 1949 г., п. Яр-Сале Ямальского района Ямало-Ненецкого округа, Тюменской области) – советский и российский писатель, поэт, публицист, сатирик, переводчик.

 

Детство и юность прошли в Березово, Ханты-Мансийске, Нефтеюганске, Сургуте.
Служил в ВВС. Работал геодезистом, в нефтяной промышленности, тележурналистом, художником, генеральным директором книготорговой фирмы «Автохтон». В начале 1980-х – заведующий литературным постом «На нефтяном Приобье» журнала «Сибирские огни».

 

Окончил Литературный институт им. А.М. Горького (1980).

 

Участник VII Всесоюзного совещания молодых писателей в Москве (1979) и Всесоюзного совещания молодых поэтов, композиторов в Дилижане, 1980, руководитель поэтического семинара на IX Всесоюзном совещании молодых писателей (Москва, 1989).

 

По рекомендации VII Всесоюзного совещания молодых писателей (Москва, 1979), становится первым членом Союза писателей СССР на огромном нефтяном материке Среднего Приобья (1982).

 

Заслуженный работник культуры Российской Федерации (2011), Сопредседатель Правления Союза российских писателей по Сибири и Дальнему Востоку (2019), член Творческого совета Ассоциации союзов писателей и издателей России (2020), а также: Всемирной ассоциации писателей «Международный PEN-клуб» (2009), действительный член Российской академии поэзии (2018, Москва) и Международной академии Литературы, Искусства, Коммуникаций (2020, Германия); Почётный работник культуры и искусства Тюменской области (2009), Председатель правления Тюменского регионального отделения Общероссийской общественной организации «Союз российских писателей» (со дня образования региональной организации 17 сентября 1994 года объединил писателей трёх субъектов Российской Федерации: Тюменской области и автономных округов ХМАО-Югры и ЯНАО в единое писательское содружество), член Международного Литературного фонда (2008).

 

Член Союза писателей СССР с 1982 года, Союза российских писателей с 1991 года.

 

Первый стихотворный цикл «Широкие ветры» опубликован в 1976 году в еженедельнике «Литературная Россия».
Печатался во многих периодических изданиях, в том числе в журналах «Аврора», «Алтай», «Аманат», «Аргамак», «Аргун», «Байкал», «Балтика», «Братина», «Веси», «Волга», «Врата Сибири», «Второй Петербург», «Дальний Восток», «День и ночь», «Дети Ра», «Доминанта» (Германия), «Дружба народов», «Енисей», «Звезда», «Зеленая лампа», «Земля сибирская», «Зинзивер», «Идель», «Казан утлары», «Квадрига Аполлона», «Коктейль», «Комсомольская правда», «Костер», «Крещатик», «Крокодил», «Кругозор», «Лепта», «Лик», «ЛиФФт», еженедельнике «Литературная газета», «Литературная Калмыкия», «Литературный Азербайджан», «Литературный Екатеринбург», «Литературные знакомцы», «Литературные известия», «Литературный Киргизстан», «Литературные незнакомцы», «Литературная Тува», «Литературная учёба», «Магазин Жванецкого», «Менестрель», «Меценат и мир», «Мир Севера», «Модус вивенди», «Молодая гвардия», «Музейное дело», «Нева», «Невечерний свет» (Санкт-Петербург), «Новый мир», «Новый берег» (Дания), «Огни Кузбасса», «Октябрь», «Орел литературный», «Памир», «Паровоз», «Пионер», «Побережье», «Подвиг», «Полярная звезда», «Профсоюзная жизнь», «Поэзия», «Русский стиль», «Связь времен», «Север», «Северяне», «Сибирские Афины», «Сибирское богатство», «Сибирские огни», «Слово», «Смена», «Студенческий меридиан», «Тюмень», «Урал», «Уральский следопыт», «Успенье», «Югра», «Юность», «Ямальский меридиан»; в периодических изданиях Скандинавии, Австрии, Германии, Польши, Словакии, Сербии, Франции, США, Украины, Киргизии, Армении, Грузии; в альманахах: «Бийский вестник», «Гиперборей», «День поэзии», «Истоки», «Литература и мастацтво» (Минск), «Чаша круговая», «Эринтур»; в коллективных сборниках: «Вагайский газ» (Тюмень, 2005), «Вам, романтики», Свердловск), «Газовый мост» (Свердловск, 1985), «Дивный свет прошедших лет» (Шадринск, 2008), «Мы вместе» (Сургут, 2004), «Я стою у огня» (Свердловск, 1982), «Книга Курикова» (Екатеринбург, 200?), «Пою тебя, Югорский край» (Ханты – Мансийск, 1977), «Русская советская поэзия Урала» (Свердловск, 1983), «Самотлор» (Свердловск), «Ставрополье» (Ставрополь, 1985), «Сургутский поэтический сборник» (Сургут, 2002), «Окно в Югру» (Екатеринбург, 2005), «Посвящение Победе» (Минск – Тюмень, 2015), «Подорожник», «Разбег» (Свердловск), «Духовной жаждою томим…» (Екатеринбург, 1999), «Земляки» (Екатеринбург, 2002), «От победы к победе» (Нижневартовск, 2014), «Победители» (Шадринск, 2014), «Поэзия» (Варшава), «Приключения морошки» (Екатеринбург, 2002), «Старт века» (Тюмень, 2006), «Победители» (Шадринск, 2014), «ЛитЭра» (славянский выпуск), «Таврида», «Урайские горизонты» (Екатеринбург, 2002), «Час России» (Москва, 1985), «Ямал – сокровищница России» (Салехард, 2001), в антологиях: «Антология прозы и поэзии Союза российских писателей «Лёд и пламень», (Москва, 2009), «Антология прозы и поэзии финно-угорских народов» (Ханты – Мансийск, 2004), «Антология чечено-ингушской поэзии», (Грозный), «Поэты Сибири» (Новосибирск), «Русская советская поэзия Урала» (Свердловск, 1983), «Стихи о матери» (Москва, 2015), «Литература Югры: Поэзия» (Москва, 2001), «Тюменской строкой» (Тюмень, 2008), «Золотое перо – 2011», «Фестиваль «Интеллигентный сезон» (Крым). В хрестоматиях: «Страна без границ» (Тюмень, 1998), «Тюменская литература» (Тюмень, 2015), «Югра многоликая» (Ханты-Мансийск, 2015), «Крым в российской поэзии и искусстве» (Москва, 2015), «Иваны» (Москва, 2017), «Альманах победителей III-го Всеканадского детского литературного конкурса «Пишем и говорим по-русски» (журнал «Новый Свет», Канада, 2017).

 

Участник международных литературных форумов в СССР, России, Скандинавии, Франции, Дании (читал лекции студентам – славистам в королевских университетах Копенгагена), Германии, Австрии, Словакии, Польше, Черногории, Грузии, Армении, Украине, Киргизстане, Татарстане.

 

Первая книга стихов «Выучиться ждать» издана в 1980 году в Свердловске. Всего на 2023 год вышла в свет шестьдесят одна книга (6 книг выполнено точечно-рельефным шрифтом Брайля для слабовидящих читателей), в том числе: «Прощание с юностью» (Москва, 1982), «Лунная важенка» (Москва, 1985), «Пульс» (Свердловск, 1985), «Скуластые музы Ямала» (Москва, 1988), «Лицо пространства» (Свердловск, 1989), «Любовь без утоления» (Тюмень, 1997), «Покорители» (Тюмень, 1997), «Железные ёлки» (Екатеринбург, 1999), «Сургутский характер» (Екатеринбург, 1999), «Женщина читает сердцем» (Екатеринбург, 2000), «Параллельный мир» (Екатеринбург, 2001), «Пенорождённая» (Екатеринбург, 2004), «Заветная беззаветность» (Екатеринбург, 2006), двухтомника и трёхтомника избранных произведений (Екатеринбург, Тюмень, 1999, Екатеринбург, 2009-2010), «Югра дорогая» (Екатеринбург, 2008), «Сибирский характер» (Тюмень, 2016), «Патрицианка» (Тюмень, 2018), «Небесная квота» серия «Золотой ЛиФФт. Писатели России» (Москва, 2018), пятитомное собрание сочинений «Избранное» (Тюмень, 2018), «Арктическая сага» (Салехард-Санкт-Петербург, 2019), а также книг сатиры и юмора: «Жутьё-бытьё» (Екатеринбург, 1996), «Кочка зрения» (Тюмень, 1997), «Белая ворона» (Тюмень, 2018) и «Яблоко раздора» (Тюмень, 2019); книги для детей школьного возраста «Приезжайте к нам!» (Тюмень, 2021), книг избранной лирики: «Муза самозаточения» и духоподъёмной – «Сибирские полки» (Тюмень, 2022).

Из них - одиннадцать книг за границей – «Суровый возраст», (США, 2015), «Повитуха параллельных миров» (США, 2015), «Ландшафт в человеке» (США, 2015), «Северные музы» (США, 2015), «Цитата из вечности» (США, 2015), «Жутье-бытье» (США, 2015), «Горный отель» (США, 2015), «Топография подсознания» (США, 2015), «Мартиролог» (США, 2016), «Арктическая сага» (США, 2016), «Пир для интерпретаторов» (Dialog, Neues Munchner Kunstforum e.V./Диалог, Новый Мюнхенский Культурный форум, Ubersetzung/Перевод (r/d) Ilja Samoilenko, Printed in Germany 2020/ Германия 2020) и четыре книги литературно-художественных переводов стихов: Асламбека Осмаева («Улица детства», Чечено-ингушское книжное издательство, Грозный, 1982), Гарая Рахима («Сабантуй моей мечты», Казань, 2003), антология «Поэзия тюменских татар» (Тюмень, 2014), составитель, переводчик стихов и редактор книги молодых авторов «Земляки» (Екатеринбург, 2007).
Стихи Николая Шамсутдинова переведены на древнетюркский, английский, армянский, белорусский, грузинский, датский, чешский, словацкий, французский, немецкий, татарский, чеченский и другие языки.

 

Лауреат литературных премий: Всероссийской премии им. Д.Н. Мамина-Сибиряка (2002), Общенациональной премии России А.М. Горького (в СССР – Государственная премия РСФСР в области литературы им. А.М.Горького) (2007), Всероссийской премии лит.конкурса «Фитиль – 60 лет» с вручением медали им. С.В. Михалкова (Москва, 2022);

 

Международных премий: им. М. Волошина (Украина, 2010), «Золотое перо» (Россия, 2011), «Русский стиль» (Германия, 2013), «Югра» (ХМАО, Россия, 2015), «Русские мифы» (Черногория, 2016), «Гран-при» «Интеллигентный сезон» (Крым, 2016), Специальной премии литературного фестиваля «Русский Гофман – 2017» (Калининград, Россия), Премии фестиваля «Славянские традиции - 2017» (Крым, Чехия), Всеканадского лит-конкурса «Взрослые-детям» (Канада, 2017), премии Нового Мюнхенского форума искусств «За выдающиеся открытия и развитие новых эстетических принципов в литературе» (Германия, 2019), премии им. Нобелевского лауреата Генриха Бёлля «За выдающиеся достижения в литературе и общественной деятельности» (Германия), дважды «Бриллиантовый Дюк» премии им. герцога де Ришелье (Франкфурт-на-Майне – Одесса, 2020), Гран-при премии им. А.Г. Сниткиной-Достоевской за цикл стихов о сподвижнице творца (Монреаль – Нью-Йорк, 2020), Международной Лондонской премии им. лорда Джорджа Ноэля Гордона Байрона в категории «Мегазвёзды» (Лондон-Москва, 2021), звание «Творец и Хранитель» Международной академии Литературы, Искусства и Коммуникаций (Германия, 2022).

 

А также: Литературной премии Уральского федерального округа (2013), Муниципальной премии города Тюмени (2014), Литературной премии (I степени) Губернатора Тюменской области (2015), Литературной премии регионального конкурса «Книга года-2018» с вручением «Серебряной литеры», (Тюмень, 2018), Литературной премии Губернатора Ямало-Ненецкого автономного округа в номинации «Поэзия» (Россия, ЯНАО, Салехард, 2019), Лауреат регионального конкурса в номинации «Лучшая поэтическая книга» (Россия, Тюмень, 2019, 2020).

 

Награждён: Золотой медалью фестиваля «ЛиФФт» (Россия, Сочи, 2018), медалью «За заслуги в культуре и искусстве» Правления Союза российских писателей (Россия, Пенза, 2019), медалью им. С.В. Михалкова (Москва, 2023).

 

Удостоен:

  • Почётной грамоты Губернатора Тюменской области «За значительный вклад в развитие культуры в Тюменской области и личный вклад в духовно-нравственное воспитание подрастающего поколения» (Россия, Тюмень, 2019);
  • Благодарственным письмом Депутата Государственной Думы Федерального собрания Российской Федерации «За выдающиеся творческие достижения в области литературы и искусства, в связи с празднованием 70-летнего юбилея, 50-летней творческой литературной деятельности и 25-летней годовщиной со дня образования региональной писательской организации «Тюменское областное отделение «Союз российских писателей» (Москва, 2019);
  • Благодарностью Председателя комитета Тюменской областной Думы по социальной политике, руководителя Регионального исполнительного комитета Тюменского регионального отделения Партии «ЕДИНАЯ РОССИЯ» «За большой творческий вклад в сокровищницу мировой литературы, многогранную просветительскую деятельность, развитие духовной культуры и патриотизм» (Тюмень, 2023).

 

Живет в Тюмени.

А

А море, вот оно, спокойное на зависть

Агрессивней в деталях

Аист-аист

Аксакал

Активная бездейственность

Актуальное

Альпы на иждивенье у классики, а пока

Альтернатива

Анис

Анна, Манана, Ламара, Тамар, Медея

Апрель. В тени дорических колонн

Апчхи!

Арал

Армагеддон

Артельный листобой... И, ко всему

Астра

Астрея – несомненно, из химер

 

Б

Бабий мост

Бабье лето

Бакенщица

Баллада

Баллада о ждущей женщине

Баллада о сибирских полках

Бани

Банный лист

Без претензий на одушевленность, за барной стойкой

Без сновидений

Бездну считал с судьбы я... И, как ни прячешь

Безумия и кошмары

Безумная флейта

Безусловно, судьба по себе и выкраивает человека

Безучастно сутул, с пустотой из-под век

Белоснежные Канны... В тени, по контрасту, бар

Белый Яр

Бесовщина

Беспризорные улицы киснут в дожде. В виду

Бессонница... В плену иносказаний

Благоверная

Блажен ли, непутящим в назиданье

Бледно, нечаянный, всхлипнул звонок в переднюю

Близ моря

Близорукая зрелость? Ах, чьих совершенств не счесть

Бог, козлоног, с наплывами в крови

Боль в обессилевшем горле, ломоту, хрипы

Боль, как всегда, из-за угла... Невмочь!

Буколика околиц... петухи

Бьет алым, пригревая, из-за штор

 

В

«В ум и лицо поглядеть...». Терпеливый, глядел

«Великий» не значит «счастливый» в трудах и любви

... вот так, внезапно – не наоборот

В «Овидиевых тристиях» творим

В ангине, обрывая диалог

В безветрии страстей, на что ни трать

В версии вереска, осень скудна основой

В глуши

В городах, попирающих твердь

В городе с кирхой, чьи улочки уличимы

В гостинице

В двусмысленных дождях

В долгах, (размашист мартовский покрой

В домике, что при парке

В достославные дни, с оседанием осени

В древоязыкой бессоннице

В дыхании «Climat» на весь этаж

В жажде, переживающей каждого, шут либо сноб

В жалобах и недомолвках, – ну, что за племя

В жизни, выколотившей иллюзии, сущий Вий

В жизни, скупой, но – на боли благой

В забвенье, притязающие жить

В затрапезную осень, созвучия чьи влажны

В захолустье страстей, экстраверт

В знойных руинах, не попирающих твердь

В золотушном предместье, метафизически

В изложении, страсть отсылает к пороку и тьме

В индивиде, что все же не ждет, шелопут, прострела

В интерпретациях солнца и сонной тени

В искусе понимания – вполне

В итоге, воплощенные ничто

В карем укоре осенних предгорий, споря

В компании с амуром

В лени, к легкому чтиву не льнуть

В лицо твое, как в будущее, вперясь

В лютой наледи катастрофических тротуаров

В медных торсах, прибрежная полоса

В млечной, струящейся пластике дикой кошки

В море, не жертвуя пасмурным видам – вистом

В морозное крошево, в дождь ли...

В недосыпании, раскалены цикады

В ночи, когда чадят поленья...

В ночь, броженьем корней пропитав перегной

В ночь, с растерянным видом на Эрмитаж

В облаке дерзких духов, переняв у бриза

В обыденном аду коловращенья

В окно скребется ветка, на ночлег

В определенном возрасте... крепись

В осени грустной плоти, как на излете

В откровеньях либо в треволненьях

В отрешении, под непробудной травой

В Париже снег. В поре свет инобытия

В перепончатом времени, к радости детворы

В перспективе и явь отвлечется от вас – в ответ

В пику сирене, вопящей, как выпь

В плодоносящей смерти, трать, ни трать

В побледневших морщинах, холодным лицом развернут

В поводырях у чужих корректур, к отливу

В подтеках рос, в натеках лени...

В полдень, зимою, обледенившей имя

В полемике распадных веретен...

В полусонной дыре, с осмысленьем – декоративной

В полутемной каюте, с окном на закат

В помрачении «дикого» пляжа... та

В пору отлива, покуда, в нагих каменьях

В пору прилива, к песку припадая, пена

В пору схода лавин, от пернатых пространство отжав

В права...

В приватной полумгле, с фиалом на столе

В приживалках пространства, с отвесным лицом, торопя

В примиренности с возрастом ведуна, но не стоя

В присплюснутое время, не крепя

В просвистанном предместье, при сединах...

В профиль к прошлому явь привлекательней, чем анфас

В прошлом – читается будущее? За нами

В прятках, притворщик и нелюдим, с толпою

В пьяных, ветреных рощах, бегущих в предгорья, прочь

В разжижении мысли о женской опаре, без снов

В раннем снегу, отбеливающем зренье

В рассеяности, позднее тепло

В ревматическом времени, что ни тверди, един

В реминисценциях глубокий

В репликах вторя крепнущему «amore»

В ружье

В румянце прародительницы Евы

В сердечной ссылке, с мойрами на «ты»

В сердце, в ветхой мишени, саднит от стрелы

В серпентарии, средь фарисеев, точащих яд

В силе, как прежде, – соблазн перевоплощенья

В силу причин, а не следствий

В скабрезности сопутствуя Веро

В словесности, язвим, укоренясь

В сносках сезона

В сомнениях

В Старом Городе, где довелось пробыть

В стенку!

В столпотворении красок на побережье

В стужу раму высаживают... Незрячесть

В стужу, на даче, – в придачу к тебе

В суете, не венец бытия – отраженье

В счастье есть привкус забвения, коль, к напастям

В тенетах засыпающих теснот

В тесном бдении над присмиревшей водой

В тестах теснот коммунальных, точнее, в склочных

В тундре

В ублюдочное время, как ни топчем

В углу веранды, с видом на плато

В углу не пискнет койка

В химерах, что порою ни несет

В цепи ассоциаций, ни на шаг

В цитатах прополоскан, кругозор

В черствой сутолоке, поднимающей смерч, скрипя

В честной природе света – не тьмы, по темя

В чешуекрылое лето... с полураздето

В экивоках уклончивой, легкий кивок любви

В экспрессе

В Ялте

Вам уже не вернуться, с портпледом в руке, в Валанс

Вануйто

Вас не обескураживает год

Вас, рискуя простудной взаимностью, не узнают

Васюки – Париж

Ваше ласкобайство

Вдвоем

Вдова

Вдова солдата

Вдоль волнореза, в лето, чья песня спета

Вдоль моря в размеренной, крепкой волне

Вездесущ, как налет запустенья ни льнет

Век мой тику отворяет?.. Зорко

Века, морализаторам люба

Венец всего, что начерно постиг

Верность обетам – тверже по юным летам

Весна

Весьма скабрезна, чохом из письма

Ветер сыро, спросонья потягивается – море

Ветер, в ливень, бьет в душу, ночная вода

Ветеран

Ветерану Великой Отечественной

Вечер... Туча ползет, накрывая нас, от Пасси

Вечерами Парижу в огнях благоволит Вакх

Вечерний паром

Вечерняя песня

Вечером, До, пропитавшее мирозданье

Вечная мерзлота

Вечность тебя не видя

Вещи дольше живут, и не их вина

Вея духами

Взбалтывая перетолки бегством

Взвесь лирических щелочей, молодых мелочей

Взвинченнее весна, ведь, с ознобом по коже

Взор уводя – и мимо вас, и вдаль

Виват!

Видит киндзмараули, нет слада с той

Видно, поздно уже, возвращаясь в себя, кивать

Вижу березу

Вижу тебя, разминающего в руке

Вино склоняет к резвости, зато

Вишня – дороже, тунец же – тучней... На рынке

Влажно, в студеном струенье от лейки, клейки

Влекомого музой, в надсадных сомненьях, по краю

Вне дифирамбов заштатной луне, чья луза

Внешне бесстрастны, но – увязая в фальши

Возвращение

Возраст «Горация... в полости горла», тени

Возраст, не отпуская, хватает за фалды вас

Волчий комплекс

Вооруженная свежестью стужи, вторя

Воплощенный гротеск – экспрессивнее, на свету

Вопреки, своевольный, рацеям предтечи

Воспитание на пацифистах уже не даст

Вот вам зима одержимого содержаньем

Вот вам присутствие фатума, коль, не понят

Вот вам, воплощенная вина

Вписав себя в семью, но, что там ни трави

Вполне заурядный вечер. Сдвиг палубы из-под ног

Вражда

Враз оцепеневший...

Время – хорошее место для вас, если вы – затворник

Время – черстветь... С подколодной горячкой в крови

Время, безлико, как снег, оседает в лица

Время, в морщинах, опало с лица. Устало

Время, внимая вминаемым, тускло мает

Время, как всё здесь, – безадресно смотрит в спину

Время, среда земноводных, ползет из зева

Все мне снится твое молодое, веселое платье...

Всё проходимо? И в блеске столичных рамп

Все чаще – в стимуляторах труда

Все чаще к обязательствам сводим

Вспоминаем ли? нет!.. близ реки, пренебрегшей устьем

Встанет посветлевший: «разулыба...»

Встретим, бодро скрипя, импульсивною инвективой

Встреча

Вступление

Выбраковка

Выжженный солнцем...

Вызрела осень

Выйду ль к студеному храму...

Выпадая, как кислая осень – в осадок, в бедлам

Выпекая из яви пророчества

Выпукло-сумрачны, синие, как предгрозье

Выстрадай сына!

Вытесняем из жизни, но увещеваемый – «слыть»

Вытесняем из масс и сносим быстротечностью

Вялою осенью – с моросью под полою

 

Г

Гадают, кто свечу в окне затеплил, кто

Галатея и Пигмалион

Где женщина, что рано, отродясь

Генацвале Рюрик

Генезис

География

Геометрия любви

Герой

Глаза слезами налиты...

Глубоко ж из меня он, глумясь, зачерпнул

Гневлива

Годы проходят. Я поздно, язвим терпеньем

Голимая лингвистика

Город «Зеро»

Город, в железобетонном роясь реченье

Города избалованы музами, и Париж

Городок утонул в безысходном тумане, лишь

Городок, прозябающий здесь, на периферии

Горько сжалась

Горячие, от мола за версту

Горячка в чернилах

Грех сокрушаться объятому, как улитка

Грея гортань Горацием, в отдаленных

Греясь в гекзаметре, славу спустя, незрячесть

Грозный пыл

Грудь нимфы... пряный разворот бедра

Грустна осенней пластикой, пуста

Губа не дура

Губы кусаешь, слепая, – как видно...

Гулена

Гулко, одушевляя жизнь чужих палестин

 

Д

«Дымка» и пива истребитель...

Давнее

Даже в пору дождей сожаленья достоин – «Сквер...»

Даны, как рок, педанту – досточтимые

Дверь теряет лицо, отшатнувшись назад... В новостях

Девятое мая

Дегустатор, по юности, ветреных дев

Дезертир

Декабрь

День вчерашний

День дурного пошиба, в котором любой открыт

День одержим сардоническим бесом. В мнимой

День осунулся...

День поминовения

День, отслоившись от осени, залит лисьим

День, проглядевший в сомненьях глаза, сводим

Держись за поручень

Держись за поручень!

Длясь вечность, с изощренной простотой

Дни текут, как и должно, в согласии и любви

До глухоты преснолицый

До дна!!!

До оскомины тесен, с лютой оглядкой на юг

До сих пор, прибывающий век разменяв

Довод запальчивой пуще язвит, чем овод

Договорилась

Дождь ковыряется в памяти

Дождь с известковым взглядом из-под век

Дождями одарима, заросла...

Дом слыл, тяжел и просторен, ходатаем пред забвеньем

Домой!

Донимаемой плотью, палимой искусством своим

Дорожный чай

Доходяга

Древопитек

Друг фабул, помыкающий собою

Друзья мои, прекрасен наш союз

Дубликат бытия, продубленного бытом

Духи

Душой, как встарь, не вглядываясь в лица

Дыша – июлем? осенью? – в предплечие...

 

Е

...Если ж о вас, – то, предмет неизменных терний

Евангелье от ностальгии

Егерская осень

Едва ли осужденью подлежит

Едва ль не понаслышке... так... любовь

Елабуга

Елена

Емкое, к мыслям о бренности сей, и в малом

Если в гортани твоей голосит вино

Если даже от прошлого взгляд отвлеку

Если есть в мире что-то помимо нас – не

Если о прошлом, – то я, этот узел поздних

Еще под утро, на морозном сколе...

Еще, в конечном счете, не темно

Еще, непроницаем, сохранившись

Ё
Ёрник и ветреник! – муза, извне, с тревогой

 

Ж

Жарки в сапфических игрищах

Жарко по-летнему тленье соблазна в икрах

Жаровня Грасса... С лютой белизной

Жгут листья... Дым, подернувший зенит

Женский лепет – распахнутой ночью

Женщина

Женщина – неиссякаема, право слово

Женщине

Женщину, в тайнах которой не обитаем

Жив небесною ссудой до ясных седин

Живущий до сих пор в эпистолах кокетки

Жизнь – трезвая особа, у нее

Жизнь буксует в цитатах... Зимою, нелепой

Жизнь вкраплена во время? Не спеши

Жизнь граня – как гранит, обмороченный жаждой

Жизнь затянулась

Жизнь мою – перемело именами... Впрочем

Жизнь моя – теплится в замысле... Как ни ревнуем

Жизнь отдана взимающим свое

Жизнь откликается: «да?..» – на внезапный оклик

Жизнь сама по себе стоит вечных вопросов, порой

Жизнь страдает пристрастьем заглядывать в окна, но

Жизнь у моря, в Крыму, в эпической лени песка

Жизнь юродствует в памяти, грубо сводя в кулак

Жизнь, в шрамах, зарекаться зареклась

Жизнь, обмерев, идет путем зерна

Жизнь?.. Ледяной паралич мостовой... Годами

 

З

За варкою варенья, полоса

За Генуей, в барашках волн, едва ль

За кольцевой, не греша, между тем, на долю

За окном оживленного бара, Кастальский ключ

За полночь в море войти и, в виду забвенья

За разговором на миг отрешась от мира

За рифом страх идет на убыль, и

За рыхлою кулисой, препаратор

За три своих замужества отсель

За тридцать... с сигаретой натощак

Забугорное

Забудь себя! – в полночь, присуха – со слов

Забыв на подзеркальнике кольцо

Заворожим ворожеей, день вновь

Завтра – ноябрь... Под исхлестанным ветром, рваным...

Заглядывая спутнице за лиф

Загостившийся в жизни, страницы горбом

Задубевшая в Дублине, в камне аркад, в свой черед

Задубевшая полночь... Реальность, увы, с изнанки

Задушевное

Закроешь глаза и внезапно откроешь глаза

Заложник случайностей – опознаваем по жару

Замотанный, едва ль питомец нег

Запойною зимой, замкнувшей слух

Заря – «уймись!» – размолвкою ограблена...

Застряло

Затем ли здесь, в горах, где золота лоза

Затерянное в недрах мирозданья

Затопив водосток, заплывает слезами восток

Заурядная драма, чей занавес, впрочем, близок

Зачерствев, норов города высвобождает из образа

Звезда Елена

Звонко процокаешь ты по гранитным плитам

Здесь, под возвышенным небом, мелки уколы

Здесь, расплавленно, время настаиваемо на

Зеленым предгорьям, пернатым воздушным холмам

Земляки

Зима отпустила... И, солнцем палим

Зимнее

Зимний сад

Зимник

Зимой

Злак возвращается, зраком снедаем, в семя

Злак, а не – в ламентациях – плевел искусства

Злое стояние

Зыбь на море увлечена игрой

 

И

«...Ибсен тяжеловесен...». И, с Фрейдом, летящим в окно

...И даже страсть песнопевца – берет усталость

...и молча фатум воздымает взгляд

...И наутро, в молчании нежного бденья

...И оттиски перьев, и кляксы – плоды бесплодья

...И, в результате короткой возни, по скором

...И, захлебнувшись спазмой: «Ловела-ас...»

...И, как ни крив, с прищуром, волчий смех

...И, пусть в глазах у спутницы ни зги

...И, у несообразностей в кольце

...И, что недоброхоты ни несут

И – безутешней сны, и – тени под глазами

И – в тупике, и пока прилежанье тупит

И – вспышкою о барбизонской школе...

И – отступаешь, как в нишу, в себя же: в тень и

И аркады, и зелень, и ты, средь весенних своя

И горько мне, что при луне...

И дерзкие заплывы в дождь и зной...

И как всегда, устав про «знойный мирт»

И ледяной паралич, хохотунья, редко

И лязгнула команда...

И над водой, убаюканной тьмой, поспешность

И не довод судьбе, что, вспять гребаной жизни гребя

И равенство – за пределом...

И сердце – на запоре, и, в ответ

И это, – я прочел в глухой тоске, – пройдет

И, в образе влюбленного дана

И, воспаленная, в жизнь уложилась слава

И, как встарь, не у дел, притязая не слыть, а быть

И, о чем ни спроси меня, я ничего не прошу

И, от пейзан оторван, да хоть заройся

И, пряной мыслью не обведена

Идеал

Из жизни, обрывающейся в тьму

Из рыцарских времен

Из сердца исторгая колотьё

Избирательна, в воспоминаниях о стране

Извечное

Измена – обыденность: постно дичатся и лгут

Изнуренная рощица, не отрываясь, пьет

Изолгавшись в святом, воплощенная персть

Изучаемый, за виртуальной чертой

Имена

Интимное

Искренни, в местном оброке барокко, – узы

Искрометная, с Летою на пари

Искусимее сумерки, всасываясь в кирпич

Истощеннее осень – в простуженных красках... Око

Итак, в богоспасаемой отчизне...

Иуда набивается в друзья

Июль

Июнь 73-го года

 

К

…К примеру, опрометчиво лепя

К бесстрастным вышним обращая «ах...»

К дряхлому пирсу – тебя, в неизменной пене

К забытым...

К неискушенным тяготея...

К сознанью прививая бытие

Каждодневной огранки, пластический шарм парижанки

Кайло

Как водится, замкнувшийся в своем

Как всегда, отстранясь от себя, холодок по спине

Как жить

Как ни ломаешь пальцы в пустом усилье

Как ни саркастично время, настойчивее искус

Как обычно, спиной к настающему, губы в вине

Как пригоршня, звенящего жара полна

Как проекция бездны, в пустом окне разметавшись

Как равные в ряду несообразностей

Как толмачи перспективы, аллеи метки

Как, заголив сады, ни лют Борей

Как, хоронясь в прохожих, ни хранить

Каких только иллюзий ни держись

Каково, не спеша с толкованьями, человеку

Календарь на жестокой диете. В снегу проросший

Канкан

Канун

Кариатиды, вмерзая в слепые окна

Карманные страсти

Кармин

Кашель, Этна в висках – одним словом, простуда

Кем б рок твои «триумфы» ни латал

Киммерия

Клятва на книге

Книга

Книга Павла

Когда пасмурней в подслеповатом углу

Когда, по мановению пера

Козетта снимает чулки, на телесный шорох

Колодец

Колыбель

Колыбельная для любимой

Ком простыни... приличия не чтя

Конфидент Гекубы

Конюшенное

Конюшенное

Край пращуров

Крепнущий в частностях, «час городских вигилий»

Крепок на летней просеке, здесь, отстой

Кролем, уже виртуальна, ундина

Кромешно, исторгая ужас

Крупнозернистою, с флейтой в крови, зимою

Кто скажет, что с изнанки горек час

Куда глядеть

Куда там!

Купальщица, при склонности к прикрасам

Купаясь в пылких пасторалях, лето

Курноса, в веснушках

 

Л

...Лучше не отзываться, отвесным лицом к стене

Латышский эскиз

Латышский эскиз

Лебеда

Легкая лепта перу, золотая лепка

Легкой журбою, журча, обняла

Лепим

Лесной весною, бьющею ключом

Лесополоса

Летняя полночь

Ливень – липень

Лирическая директива

Лирический избыток

Лирический прононс

Лирический реестр

Лисенок

Листва лицом в продрогшем парке – ниц

Лишь вечер, телефон в истерике

Ловя губами спящего зверька

Лукавей и увертливей в лови

Лунная важенка

Лунные ночи

Львиным, в ленивой и пьяной истоме, полднем

Льны

Любимая – и сердце в нежной муке

Любит – не любит

Любовники – и тут они, и нет

Любовь без утоления

Любой тупик, рядящийся углом

Лютнею певшая некогда

Лязгнуло эхо в тамбуре... На прощанье

 

М

...Муштруемые страхами, сатира

Магистраль

Март

Масленица

Массивней морщины и взгляд уранида угас

Мать моя с каждой посылкою – яблоки...

Мелодраме оставив лирический вампиризм

Менторски непререкаем, на фоне бурой

Мессия

Метаморфозы

Милосердие

Мимо – склоняющих, мимо – канунов, канув

Мир неизменен в низменном, зато

Миру нет до нас дела, на что ни потрать

Мистер

Миф упущенной юности... И, «мифотворцам» в ответ

Мне бы

Мне, преломляющему этот мир, как призма

Множа сердечные, миру незримы, раны

Мой

Молитва

Молодые

Монолог новосела – 1982

Монолог Пьеро

Монолог стланика

Море – вещее, как при Гомере, открыв испод

Море – стабильно в соленых пристрастьях. Суша

Море в безветрии напоминает мима

Море не просится на перо, все реже

Море, бьющее спазмами... редкий Кустарник... платан

Море, запетое, обозревает сушу

Морем умытая, и в мелочах не склонна

Московская – лирическая

Мужчина

Муза, вольная в выборе, – там, на вакации

Музы старятся, как и люди... Белея вдали

Музыка

Мучительная свобода

Мы разрушили всё, что, пеняя друг другу, смогли

Мыс Дежнева

Мыслью не уловим, с Летой из-под приспущенных век

 

Н

...Не теряться и, под запаленное «Ах!..»

...но, прислушайся, с полузадушенной ряской реки

...ну, а море, чья память поныне тверда

На все руки

На излете зимы, с червоточиною в обличье

На излете иллюзий, с горячностью – мнимой

На Каме

На кедровой заимке

На краткое «Свободно?» – «Бога ради...»

На нет сошла я... Как тут быть

На Оби

На оленях

На плотах

На полях метафизики, но – от иных высот

На полях сновиденья, с игрой светотени

На приморской веранде, в грозу, с вездесущим плющом

На протяженье всей стужи, скажи на милость

На протяженье зимы залучаем в сети

На путине

На склоне лет, впустую не скорбя

На студеном ветру, что тут ночь ни пророчь

На то и судьба, чтоб пенять на незнанье...

На то он, с толчеей на площадях

На что берут?

Наблюдаем собой, а не наоборот

Наводняя роеньем парочек

Наглядна в формах, как небытие

Нагота обращаемой, мстящей укусом, – фон

Над мостовою, с оторопью слизня

Над уровнем распада – жизнь в золе

Над Чуйской долиной

Надсадней жизнь, усвоившая роль

Накипает капель. Заурядная зависть

Нам снится снег – под шелест снегопада

Настигаемый возрастом пепла, темно одет

Насупленное, в хмари, за окном

Начало

Наши ребята!

Не была с ним скупою природа...

Не в оправданье зимних лет – в ответ

Не вахлак

Не вблизи Виа Джулиа, а, несомненно, вдали

Не возвращайся...

Не всяк успокоение находит

Не греши отрешением от мелочей – за спиной

Не дразните гусей

Не закатан в асфальт, посреди кровеносных Альп

Не затвердив лирический большак

Не зная, чем помочь

Не изменясь в лице, по истощенье смеха

Не лейтмотивом повестей...

Не лицедействуй, что ты меня позабыла

Не мигая, в упор смотрит время – ему я мешал

Не море на заре, о, Гестия, спокойно

Не обессмертив нас, наедине

Не обходя, участие общо

Не осел

Не остановилась

Не от мира сего

Не отвлекая от злополучной стойки...

Не открываясь, к злословию клух, подругам...

Не отогреть дыханьем, скажи на милость

Не пора ли, мой друг, возвращаться к освистанной прозе

Не порицая пресловутый жар

Не придавая осмысленных черт прибою

Не растекаясь, как некогда... встарь, по древу

Не сад в грозу вас навещает – ад

Не спуская себе, не жена, но она

Не то, что б невезеньем наделен

Не тяготитесь ранней сединою

Не тяни меня, «винт»

Не у дел, как мажорное прошлое

Не утверждаясь в оракулах масс, при этом

Небрит... в осенних оспинах... Ему

Невозможная, ты, возвращая ранимость, одна

Невразумительный, множа в пустом стакане

Негодованьем, извиняя краткость

Незаметна, за правкою опуса, с амнезией

Незаметно, в забвении стереотипа

Незатейливая

Неисследимы, на манер плюща

Неисцелимо прочтеньем – «Печаль... светла...»

Некогда, в прошлом, – на службе у обязательств

Нелюбим

Немолодой, на застиранной зыби пляшет

Необратимая – к убыли нервных клеток

Необратимая, но – непрестанно сея

Необратимое, в спазмах самопознанья

Необратимый, жертвуя собой

Неоспоримо, в забвенье твоем – невинно

Неосторожно схлопотав стрелу

Неотразимы в профиль и анфас

Непоправим

Непоправимая

Непостижимый, зарекаясь впредь

Непостоянна в славе и любви

Неправ зоил, что на подъем тяжел

Непредсказуема в прихотях, ты и ныне

Непримиримый, с логикой – взашей

Непримиримый...

Нерадивою осенью пекло в поре... увы

Нет в добродетелях, как уверяют, прока

Нет жизни сладу с воодушевлением

Нет у привоя к юности твоей – права

Нет, как ни тщись ты, от жизни противоядья

Неукротимая, не отнимай запястье

Неуступчива юность в своих заблуждениях, чьи

Нечто прозрев

Ни ветерка у полдня за душой

Ни осень, в нас зажившуюся, ни

Ни словом...

Низки дожди и холода близки

Низколобая Лобня... Ночами, когда лютует

Низменна, с непреходящей жаждой

Никого... Ни о ком... Как ни прячь повлажневший взгляд

Ницца

Новобранцу словесности – в непропеченном былом

Новорожденный на трассе

Нонешнее

Нонешнее? – 1999

Ностальгическое

Ностальгия

Ночное

Ночные стихи

Ночные страсти

Ночь дала трещину света, но до рассвета

Ночь загостилась во мне

Ночь простирает, рябясь, по равнине пренья

Ночь, в снегу, на излете... мороз

Ночь... дожив до седин... на саднящем сколе

Ночью, оплодотворяющей страхи

Ночью, при дюнах – старше ихтиозавра

Ноябрьская ночь

Ну, вот вам оборот впрямую

Ну, так вот вам осеннее море, бодрее

Ну, так вот вам, в активе, абстрактно текущая на

 

О

О чем он поутру, вороний ор

Обиталище реминисценций де Сада, садок

Обичанка

Обойдена любовью, с ожиданьем

Оборвавшийся в бездну, литой антлантический шельф

Образ мыслей (как выбор жены и судьбы, суть место...)

Обращается в слух – вмораживаемый в устав

Обские ритмы

Обстоятельства не оставляют одних: среда

Объята повседневной пустотой

Обь

Оглашаема мойрами, с загнанностью в глазах

Одинокий продукт солипсизма, дыша

Одиночество на миру

Одна из разновидностей пустот

Одна, в прицельных мойрах, из сетей

Одна, за воспалившимся окном

Одно остается, из виду пропав, одно

Одушевив домашний парадиз

Ожиданье глаза проглядело... постфактум... Одна

Озеро

Озорник

Окликаемый холодом лет, прополоскан в сплетнях

Окрест сердцебиенья, круглый год

Окружной музей

Олена

Олене

Олень

Он

Он в рапиде, Париж... Под задушенный запах шпал

Он выходит, оставив себя в сновидении

Она, с истомой, снится в легкий бриз

Опамятовалась

Определения

Определительные

Опровергаем Ламарком, генезис Ноя

Опыляемый временем, что ни шурши

Осеннее

Осенние стога

Осень

Осень, в пристальной охре аллей, – от лица отлила

Осень, тлея, прикидывается летом... Письмо

Осенью, не потрафляя себе

Осенью, невозмутимой в оттенках, сильной

Осенью, убранной в багрянородный прах

Оснащаем, как всё, безысходными снами

Оступившийся в след ветхих, бесповоротных лет

От жмурок толкователей устав

От карнавала – распутная рябь канала

От среды, резонеру, забившемуся в тетрадь

Отбирая все то, что даешь ты, – надсаднее дождь

Ответь

Отворена, вне прелюдии к катастрофе

Откровение

Открывая падеж падежей, чаще – в черновике

Открытый обзору отары, в виду Судака

Отпевают... свечи... ризы...

Отъезд

Охватывая бурунами мыс

Ощупью, с боем в ушах, холодок по коже

 

П

«Пенорожденная...» – начал я днесь

«Помраченье июльских бульваров...». Листва

Память делает вспять, к неустройству и хаосу, шаг

Память манипулирует кротким ландшафтом, как

Память, пеняя опыту, забывает

Парадокс? – был я счастлив своей слепотой...

Параллельный мир

Парис

Патентованный шаг юной дивы, со свистом

Пейзанское

Пенорожденная

Пенсионер

Пенятся голоса покидающих бар, как трюм

Первачок

Первая женщина

Перебежав под сень календаря

Перебранка посуды за ланчем. По смене

Переводят часы... И лишь мне, при плакучей свече

Перегон оленей

Переходный период

Пес

Пир для интерпретаторов – по жажде

Письмо

Пицунда

Планида?

Пленник легкого образа... Тем вдвойне

Плодя придирки вкуса на полях

По вечерам, в виду прибрежных ламп

По заре с вещей векшей на ели, продрогшей совсем

По заре, приживленную к жизни, стремящейся вспять

По ландшафту души, нарастая, несет фонари

По мненью большинства, в рацеях речи зрея

По наблюденьям эмпирика

По наблюденьям, воплощенный икс

По произволу лет, с ремаркою на Крите

По Проперцию, «...в теле, усталости вне...»

По прошествии лет, безразличные к порицаньям

По прошествии лет, до сих пор, Ренэ

Побледнев

Поверенный души – мир вырастает из

Повседневность без грима страшна, без прикрас

Под бременем неисцелимых лет

Под вечер с отрешенной белизной

Под истекающий в сумерки лязг составов

Под исход сентября, окрестности не обнесло

Под пылкой химерой, с лукавством в чертах сатира

Под сенью снежных пиний, Гесиод

Под слитный ливень, всхлип воды в тазу

Подавая пример вам, с усвоенной ровностью

По-давнему застолиям верна

Податель забытья и лени, так глядит

Поджигательница

Поджидая – ненастьем несомую белизну

Подле купальщиц, в массе своей упругих

Подмосковная слякоть – изнанка измены

Подсадня по кличке медовая

Подслеповата... неприглядный вид

Подтопи!

Поединок

Пожар на буровой

Пожилая субстанция – пасмурные дома

Позеленевший, первородно гол

Познабливая частый пульс в запястье

Покидаючи осень, с пернатой опорой на Понт

Покой невозмутимостью крепя

Покоритель

Покуда не сбываются пророчества

Полдень, сиеста. Мир туго спеленут зноем

Полдень. Солнце. В потоке ассоциаций – всласть

Полднем, в жару, средь немотствующих растений

Полномочная в холоде полночь... В снегу Европа

Полночь, прошитая пирсами... На уснувшей

Полночь... В камине, угарны, чадят поленья

Полночью, за Превером, с лампой, простертой во мрак

Полночью, млечно подсвечиваемой тлею

Полнощные Альпы. Ливень. Сонливая лампа. Но

Полуночница, с холерической разноголосицей

Полуоттаявшей тайною

Полярное

Поминаю все добром...

Поморская баллада

Помрачнев, мятущийся, вовне

Поначалу – с резонами, неистощима, впрок

Понимаешь ли, нам уже нечего, кроме иллюзий своих

Понятна, недоступная, не всем

Попробуй – сложи

Пора перечитать забытое давно

Порицаем, со взглядом из-под известковых век

Посвежевшая, вдоль волнолома, в виду

После нас хоть потоп и... заштатный отель... В итоге

Последний волк

Послесловие к путине

Послесловие к рейсу

Постфактум

Потеря

Потерявший лицо свое, снег деформирует статуи. Ночь

Потому что пространство проваливается в лица

Потусторонний, на скорости рока, «Winston»

Поутру, с «ностальгической неразберихой» в клише

Похмельное

Почтальон

Предателя прозрев в единоверце

Предкам

Предместье... ночь... и, авторский урон

Предтеча (юмор прошлого...) предтечи

Пресс пресной синевы... В календаре

При впадении в осень, по рыжем роении ос

При завещанной вещности образов... Впрочем, часто

Прививка алогичности, луна

Пригревшийся под сердцем, не с руки

Придвинулась осень, с ее приближеньем

Прирастая прострацией

Прицельные, как мойры, в сентябре

Пришвартовали

Пришлый

Приют клошару, с Альпами в окне

Провоцируя индивидуума на монолог

Прогоркла, привкус навыка, досада

Прогоркла, привкус навыка, досада

Прозрение

Проклятая, в слезах сердечной траты

Промозглою кроной – в слепом словаре

Просветили

Просмотренные зоркою судьбой

Простоволосая, русая, но – едва ли

Простудные, с Бореем заодно

Простуженная, в ледяной оправе...

Простыв, по эту сторону стекла

Протока лебедь

Протопать Латинским кварталом

Прохладные, вчера еще – в застенке

Прощание с географией

Прощание с юностью

Психология, вбитая в мрамор либо гранит

Птица

Птичий клин над рваниной осенней равнины... Тал

Пузырями вскипают провидящие следы

Пусто в окрестностях позднего сна и глухо

Пустынный день

Пусть я обмолвка судьбы твоей, но, поверь

Путина

Пушняк

Пылкий

Пью за античное море твое, с терпеньем

 

Р

Равноденствие площади... кротко журчит фонтан

Разбитые надежды

Разбитые надежды

Разбуженные, ежатся волхвы

Развод

Размереннее дактиль, серебря

Размеренны и сдержанны в быту

Размолвкой, в грозах, обрывая ланч

Разрастаясь, как мор, не банально бледна – больна

Разъезд

Разъезд «ангелино»

Распят на голых, на гулких ветвях, тяжел

Рассудок потерявшая, в пылу

Растворенного до смирной лимфы в коктейле рас

Ревность казнит по ночам приращеньем слуха

Редко, битые стереотипами, по страстям

Река, что не рекла о многом, ропщет

Реклама

Реклама – 1999

Реминисценции

Ренессанс

Речному мальку родившемуся завтра

Речному мальчику, родившемуся завтра

Римская элегия

Ровесница триумфа, вскинув бровь

Рождество

Рой догадок оставив, ушел...

Рок помыкает мною – внезапный сумрак

Роковая

Роковой квадрат

Роман с тобой – роман с тщетою, но

Росою променада через сад

Русый хвостик... заносчивые очки

Рыбацкий праздник прощания с путиной

Рябь на свинцовой воде... Помрачнев, рябою

Рядом со мной, наяву, не спеши

 

С

...Союз полупомешанных точь-в-точь

С «помраченьем июльских бульваров...», как ни назови

С безадресностью к миру, торопя