# Денисов Поножовщина

Unknown

## Николай Денисов

## Поножовщина

Стихотворения и поэмы смутных лет России

## ТАМАНСКИЙ МОТИВ

> Поэту Виктору Жорнику

По курсу — Тамань! Напружинен «жигуль».
Скользят ласточата — скольжением пуль.
Прочней оплели тополей осьминоги
Горячие ножны приморской дороги.
Азовское — справа слагает катрены,
На Чёрном — трагический плат Мельпомены,
Гекзаметры вьёт, будто скифов арканы.
Осколками амфор желтеют лиманы.

Мы едем. А небо сосудом Пандоры.
Мы мчим. Будто кровь на полях — помидоры.
На кромочке плавней — пожарищ зола,
Там чудятся мне кальтербрунеры зла.
Век горький. Исход. Мы на финише века, —
В хитонах, в сандалиях древнего грека,
В античном, суровом, божественном виде.
«В Элладе ж ты, брат!» — как сказал Сердериди[1].

Но кто промелькнул там? Околыша алость...
Гусарский поручик? Мишель? Показалось...
Промчали. Сравненья опять фронтовые:
Арбузы, как шашки лежат дымовые,
И даль виноградников в небо воздета,
И гроздья, и листья защитного цвета.

Но — стоп! И ремни привязные — с плеча.
Базар придорожный. Торговля. Бахча.
—  Погодь! — мой товарищ — на тормоз.
И нате!
Взорлил. И несет уж два солнца в обхвате —
Две сочные дыни, что брызнут вот-вот
Медовой амброзией южных щедрот.
—  Задаром! — товарищ в восторге. — Салют!
У нас тут поэтов в лицо узнают!..

Летим! Нашей гонкой простор ошарашен.
—  Пересыпь?! Давай к Лихоносову, наш он!
Каких-нибудь два поворота всего —
Поселок. С холма панорама: ого-о-о!
Даль моря. И синь. И штормяга жестокий.
И там где-то парус родной — одинокий...

1999

# Примечания

1

Сердериди — греческий поэт из Анапы.