# Город Тюмень

Н. А. Абрамов

Николай Алексеевич Абрамов

Николай Алексеевич Абрамов принадлежал к числу тех немногих в Сибири людей, которые неутомимой и бескорыстной своей деятельностью на пользу родины оставляют по себе долговечную память и имена которых бесспорно должны переходить из рода в род, как имена достойных уважения тружеников, растрачивающих преждевременно свои силы на изучение малоисследованной отчизны. Редкое трудолюбие, опытность и честность раскрывали пред ним блестящую дорогу к почестям, но, чуждый их, он не искал ни быстрых по службе возвышений, не желал ни роскоши, ни славы, а всегда озабоченный непрерывными трудами по службе и науке, тихо и уединённо, вдали от шумного света, провёл свою пятидесятисемилетнюю жизнь.

Николай Алексеевич был сын священника и родился в 1812 году в г. Кургане Тобольской губернии[1186]. Не имея, к сожалению, под руками достоверных сведений о летах отрочества и первой юности этого достойного уважения человека, мы можем только сказать, что блестящие от природы способности и прилежание, какими отличался юноша Абрамов в двенадцатилетнее своё обучение в Тобольской семинарии, дали ему право окончить в 1832 году курс её со степенью лучшего студента. Отличные успехи, оказываемые им в продолжение этого курса, обратили на себя внимание тогдашнего Преосвященного Тобольского Афанасия, по назначению которого он еще за два года до окончания курса, учась сам, начал уже учить других, исполняя обязанности лектора еврейского языка в семинарии.

По окончании курса семинарии жажда знаний и сознание неудовлетворительности семинарского образования, особенно при тех методах преподавания, какие существовали в то время в наших духовно-учебных заведениях, понудили молодого Абрамова посвятить себя службе в учебных заведениях. Поэтому он сразу же, по выходе из семинарии, поступил учителем закона Божия, русского языка и других предметов в Тобольское духовное училище. Прослужив здесь около четырёх лет и не видя далее пищи для своего пытливого ума в тесном круге учительских занятий при той школе, где начал своё воспитание и сам, Николай Алексеевич оставил навсегда духовное звание и перешёл 10 августа 1836 года учителем истории и географии в Тобольское уездное училище. Не было, разумеется, сомнений о той пользе, какую могла бы принести дальнейшая служба Абрамова по духовному учебному ведомству, хотя и трехлетняя с лишком деятельность его тут, и исполнение, кроме учительской обязанности, разных поручений заслужили внимание начальства: за хорошие успехи учеников и такой же способ преподавания учителю Абрамову объявлено было 8 августа 1836 года благословение Преосвященного Афанасия.

На новом месте службы, при новом начальстве и новом круге обязанностей, Николай Алексеевич также не мог быть малополезным и в три года успел своей отличной деятельностью поставить себя в число полезных педагогов Тобольской губернии. Практически уже приобретённый и улучшенный способ преподавания его с пользой для учащихся обратил на него внимание начальства и Н.А. удостоился 24 февраля 1839 года благодарности министра народного просвещения.

Служа в Тобольске, Николай Алексеевич не был лишён уважения и покровительства и разных значительных лиц, каковыми, например, были в то время известный историограф Сибири Пётр Андреевич Словцов, Иван Порфирьевич Памаскин и другие. Во время же нахождения первого по сложении с себя должности визитатора сибирских училищ, в отставке, Николай Алексеевич почти каждодневно в продолжение четырёх лет находился при нём для чтения разных книг и учёных собеседований. В это время Петром Андреевичем приготовлялась к изданию вторая книга его замечательного «Исторического обозрения Сибири». Но через пять лет службы при постоянно оказываемом внимании дирекции училищ судьбе угодно было удалить Абрамова на долгое время от родины, друзей и знакомых: 15 февраля 1842 года он назначен был штатным смотрителем Берёзовских училищ и, исполняя волю начальства, отбыл на край холодного севера.

Во время служения в Берёзове Николай Алексеевич, уважаемый прежними своими друзьями, особенно П.А. Словцовым, вёл со многими из них постоянную переписку, от души делясь в ней своими впечатлениями об этом одиноком и пустынном крае. Не оставляли его своими откровенными беседами и эти лица до конца своей жизни[1187]. Восьмилетняя жизнь (1842-1849) Абрамова здесь достойна всякого внимания. Среди обязательных по должности смотрителя занятий он в этот период времени, усердно роясь в местных архивах, прислушиваясь к преданиям старожилов о жизни здесь знаменитых изгнанников Меншиковых, Долгоруковых и Остермана, изучая нравы и обычаи населяющих Березовский край инородцев, составил прекрасное во всех отношениях «Описание Березовского края»[1188]. При этих занятиях Николай Алексеевич успевал ознакомиться и с экономическим бытом этого края, деятельно содействуя к разведению и распространению в нём картофеля[1189]. Само же училище в Берёзове доведено было им до возможной степени совершенства, так что в учащихся в нём появилось немало остяцких и самоедских детей, обучавшихся русскому языку, закону Божьему и другим предметам. О такой редкой, можно сказать, деятельности смотрителя Абрамова, кроме неоднократных благодарностей гражданского губернатора и дирекции училищ, 1 февраля 1844 года опубликовано было по всем училищам Тобольской губернии.

В бытность свою в Берёзове, Николай Алексеевич назначен был с Высочайшего утверждения 27 декабря 1847 года членом Березовского попечительного о тюрьмах комитета, а за последние труды и содействие в пользу Императорского Географического общества избран 14 мая 1848 года членом-сотрудником этого Общества. Много бы можно было ожидать полезного для Березовского края в дальнейшей службе здесь Абрамова, но неблагоприятное влияние холодного и сырого климата, начавшееся отзываться на силах его, и другие обстоятельства заставили его желать себе другого служебного назначения, и 22 октября 1849 года он был перемещён штатным смотрителем Ялуторовских училищ.

Кратковременная служба Абрамова в Ялуторовске начата была новыми трудами: с приездом сюда Николай Алексеевич вблизи к родине, столь милой по воспоминаниям детства и первой молодости, с новой энергией начал продолжать свою литературную деятельность и к трудам своим по части местной археологии, истории и статистики, помещаемым в изданиях разных учёных обществ и периодических журналах, присоединил труды для Императорского Русского археологического общества, от которого 16 октября 1750 года и получил диплом на звание своего члена-сотрудника.

Как служебная, так и общественная жизнь Николая Алексеевича в Ялуторовске оставляет до сего времени в друзьях и почитателях его самые тёплые, отрадные воспоминания: неприхотливый в своих житейских требованиях, преданный всегда откровенности и прямодушию, он был примерным семьянином[1190], гостеприимным и простым хлебосолом и в короткий период своей службы там успел сблизиться с духовным и чиновным миром Ялуторовска до дружеских отношений[1191]. Но, к сожалению здешнего общества, начальству, всегда избиравшему для службы Абрамова поприще с большими против других назначений трудностями, угодно было перевести его 24 февраля 1851 года к смотрительской же должности в Тюменское уездное училище, более многолюдное против Ялуторовского. Здесь столь же кратковременная, как и в Ялуторовске, училищная служба его должна была навсегда окончиться и указать ему новое поприще деятельности – службу гражданскую. Чем настроен был сосредоточенный всегда в своих предприятиях Абрамов при оставлении службы училищной и переходе на службу гражданскую, мы не имеем, к сожалению, сведений, но можем думать, что, изучивший и понявший практически во всех отношениях училищные обязанности, пытливый ум его и жажда новой деятельности не могли не искать для себя свежей пищи в службе не испытанной.

Оставив Тюмень, Николай Алексеевич переселился в Омск и поступил 20 мая 1853 года столоначальником в главное управление Западной Сибири. И здесь только что начатая гражданская служба так же, как и служба училищная, скоро сделала из него полезного для себя деятеля: произведённый 10 августа 1853 года в чин надворного советника, он Высочайшим приказом 27 ноября 1854 года назначен был советником Семипалатинского областного правления.

Шестнадцатилетняя с лишком (10 августа 1853 г. – 3 мая 1870 г.) служба и жизнь Абрамова в Семипалатинске была постоянно сопровождаема посторонними от обязанностей советника должностями. Так, в это время он был: а) с 23 июня 1857 года – членом Семипалатинского оспенного комитета; б) с 6 июня 1858 г. – директором Семипалатинского областного попечительного о тюрьмах комитета; в) с 18 января 1860 г. – членом комитета по постройке каменных зданий для присутственных мест в Семипалатинске; г) с 15 августа 1862 г. – членом Семипалатинского областного комитета общественного здравия; д) с 7 сентября 1865 г. – членом-корреспондентом Тобольского физико-медицинского общества и е) с 7 ноября 1865 г. – членом попечительного совета Семипалатинского девичьего училища.

Глубоко изучивши во всех отношениях Семипалатинскую область так же, как в своё время и Берёзовский край, Николай Алексеевич во время своей службы здесь составил весьма интересное её описание под названием «г. Семипалатинск»[1192] и, переименованный 5 ноября 1858 года из сотрудников в действительные члены Императорского Русского Географического общества, в продолжение здешней службы много сделал полезного для истории, археологии и статистики Тобольской губернии.

Громадную кипу своих литературных трудов оставил бы нам этот трудолюбивый муж, если бы не был отвлекаем от них исполнением, кроме поименованных выше должностей, других поручений начальства, требовавших всегда усидчивого труда и продолжительного времени. Во время службы в Семипалатинске Николай Алексеевич, кроме неоднократного исполнения должностей председателя Семипалатинского областного правления, областного прокурора и т.п., а) в 1857 г. командирован был в г. Копаль для открытия там окружного приказа; б) в 1857 г. составлял проекты наказов для всех присутственных мест и должностных лиц Семипалатинской области; в) в 1860 г. командирован был в г. Копаль для обревизования полицейского управления; г) в 1861 г. составлял особый наказ для военно-окружных начальников внешних округов по гражданской части и д) в 1866 году командирован был в Кокпектинский округ для производства следствия о грабежах у киргизов и обозрения золотых промыслов того округа.

Высочайшие награды и милости – суть самые верные свидетели ревностной и полезной службы Николая Алексеевича. В продолжение её он, кроме многократных признательностей, благодарностей, денежных наград и вспомоществований, разновременно Высочайше награждён был: 7 декабря 1849 г. – перстнем в 143 руб., 22 августа 1853 г. – знаком отличия беспорочной пятнадцатилетней службы, 8 декабря 1855 г. – орденом св. Станислава третьей степени, 12 января 1857 г. – бронзовой медалью в память Крымской войны, 22 августа 1858 г. – знаком отличия беспорочной двадцатилетней службы, 25 декабря 1858 г. – орденом св. Анны третьей степени, 19 сентября 1860 г. – знаком отличия беспорочной двадцатипятилетней службы, 21 декабря 1861 г. – орденом св. Станислава второй степени, 22 декабря 1864 г. – орденом св. Станислава второй степени с императорской короной, 20 января 1867 г. – орденом св. Анны второй степени и 22 сентября 1868 г. – орденом св. Владимира четвёртой степени за беспорочную 35-летнюю службу.

Таким образом, пятидесятисемилетняя жизнь и тридцативосьмилетняя служба Николая Алексеевича по двум ведомствам были достойно ценимы правительством, всегда видевшим как в исправлении им разных должностей, так и в отправлении возлагаемых на него поручений примерное трудолюбие и бескорыстную честность. Но, к сожалению, этому достойному памяти потомства полезному деятелю не суждено было продлить далее свою жизнь: 3 мая настоящего года он скончался в чине статского советника в Семипалатинске от апоплексического удара.

Неожиданная кончина Абрамова в то время, когда зрелые и опытные силы его, не знавшие устали в непрерывных занятиях, могли еще приносить неоспоримую пользу своей родине, достойна глубокого сожаления. «Кончина эта, – сообщали из Семипалатинска, – принесла значительную потерю нашему отдаленному краю в учёном отношении. Имя покойного, без сомнения, уже известно большинству публики по разным статьям о Сибири и как члена Географического и Археологического обществ, в которых он участвовал с 1848 г. Кроме служебных трудов, Николай Алексеевич с 1846 по 1870 гг. доставил Русскому Географическому обществу около восьмидесяти статей, относящихся до географии и этнографии Сибири, а метеорологические его наблюдения, которыми он постепенно занимался с 1842 года по день смерти, переводились на английский язык. Николай Алексеевич был сотрудником журнала «Странник», «Тобольских губернских ведомостей» и журнала «Географическое общество», но главным его трудом была перепись всех древних документов, находящихся в архиве Тобольской духовной семинарии под заглавием «Тобольские летописи»[1193]. Мы же со своей стороны прибавим, что воодушевлённый к таким трудам при поступлении ещё на службу, как выше замечено, влиянием автора «Исторического обозрения Сибири» П.А. Словцова, Николай Алексеевич сделал ими обширное прибавление к этому замечательному творению своего бывшего друга-благодетеля. После Миллера и компилятора его Фишера с некоторым продолжением не было, кроме Словцова, сибирского историка: Николай Алексеевич дополнил сказания первых и последнего.

Не входя в рассмотрение всех его трудов, помещённых в разных журналах, и предоставляя это обширное дело перу будущего подробного биографа, закончим наши краткие сведения об этом учёном муже-труженике перечислением трудов его, помещённых в «Тобольских губернских ведомостях». С начала издания «Губернских ведомостей»[1194] (27 апреля 1857 г.) по день смерти Николаем Алексеевичем напечатано было 76 статей:

I. 1857 г. «О введении христианства у берёзовских остяков» (№№11 и 12), «Денис Иванович Чичерин» (№14), «Торжественное принесение в Тобольск иконы Абалакской Божьей Матери» (№14), «Проповедь Евангелия сибирским вогулам» (№№19 и 20), «Иоанн Максимович, митрополит Тобольский и Сибирский» (№№20 и 21), «Несколько сведений из жизни Фёдора Ивановича Соймонова» (№27).

II. 1858 г. «О землетрясении, бывшем в Семипалатинской области» (№2), «Киприан, первый архиепископ Сибирский» (№4), «О возможности и пользе разведения картофеля в Берёзовском крае Тобольской губернии» (№8), «Медная сибирская монета» (№17), «О сухом пыльном тумане, бывшем в г. Семипалатинске 16-18 февраля 1856 г.» (№17), «Описание Берёзовского края» (№№19–25), «Пётр Андреевич Словцов» (№34), «Частное лунное затмение в г. Семипалатинске 12 августа 1858 г.» (№37), «О кометах и других небесных и воздушных явлениях, замеченных в г. Тобольске с 1656 по 1753 гг.» (№41), «Арасанские минеральные ключи в Семипалатинской области» (№42), «О древних печатях и гербах сибирских городов» (№47), «Слобода Царево городище до переименования её городом Курганом» (№48), «Макарий, второй архиепископ Сибирский и Тобольский» (№49), «Город Тюмень» №№50-52).

III. 1859 г. «Нектарий, третий архиепископ Сибирский и Тобольский» (№1), «Древний явленный образ Нерукотворённого Спасителя, называющийся Тарханским» (№4), «Герасим Кремлёв, четвёртый архиепископ Сибирский и Тобольский» (№6), «О церквах г. Берёзова, от основания его до настоящего времени» (№9), «Симеон, пятый архиепископ Сибирский и Тобольский» (№11), «Корнилий, первый митрополит Сибирский и Тобольский» (№15), «Павел I, второй митрополит Сибирский и Тобольский» (№№23 и 24), «Каменная пирамида на могильный памятник Козу-Курпеча и Баян Сулы в киргизской степи» (№40), «Хлебные цены в Тобольске в 1759 г.» (№47).

IV. 1860 г. «О климате г. Берёзова» (№№1-3), «Слобода Царево городище с окрестностями до переименования её городом Курганом» (№№5 и 6), «Озеро Нор-Зайсан с его окрестностями» (№№17, 18 и 21), «Река Чу» (№25), «Известия из Семипалатинска» (№30), «Река Или» (№34), «Биография генерала Глазепапа» (№35), «О железных и оружейных заводах в Сибири в XVII и первой половине XVIII столетия» (№35), «О сибирских дворянах и детях боярских» (№№40 и 41).

V. 1861 г. «Река Лепса» (№№7 и 8), «Князь Матвей Петрович Гагарин» (№№9-11), «Река Аягус с её окрестностями» (№№33-35).

VI. 1862 г. «Гора Алафейская» (№№21 и 22), «Река Каратал с её окрестностями» (№№27 и 28), «Пароход «Союз» в Семипалатинске» (№31), «Город Копал» (№№34 и 35), «О введении пчеловодства в Западной Сибири» (№38), «Река Тобол с её притоками» (№№52 1862 г. и 1-3 1863 г.).

VII. 1863 г. «Город Семипалатинск» (№№8-16, 21, 24-27).

VIII. 1864 г. «Историко-статистическое описание Градо-Тюмснской Знаменской церкви» (№6), «Город Усть-Каменогорск в 1863 г.» (№№14 и 15), «Укрепление Верное» (№№16 и 17), «Город Ялуторовск с его округом» (№№25–29), «О старинных каменных строениях в Тобольске» (№№44 и 45).

IX. 1865 г. «Об учреждении почты в Сибири» (№№4 и 5), «Иоанно-Введенский Междугорный монастырь» (№36), «Абалакский Знаменский монастырь» (№№43–44), «Туринский Николаевский девичий монастырь» (№45), «Тюменский Троицкий монастырь» (№№50 и 51).

X. 1866 г. «Ермак – покоритель Сибири» (№№18-22), «Из Семипалатинска» (№№24 и 52).

XI. 1867 г. «Кондинский Троицкий монастырь» (№№35-37), «Воспоминание о посещении Тобольска Государем Наследником Царевичем Александром Николаевичем в 1837 г.» (№46), «Древнее укрепление при речке Чингильде» (№50).

XII. 1868 г. «Станица Верхлепсинская» (№№13 и 14), «Воспоминание о праздновании в Тобольске бракосочетания Государя Наследника в 1841 г.» (№19), «Китайские эмигранты в Семиречинской области» (№22), «Из Семипалатинска» (№31), «Предположение об учреждении в Семиречинской области церковного братства во имя св. мученицы Веры» (№43).

XIII. 1869 г. «Астроном Фёдоров в Тобольске в 1833 г. (№13), «Учреждение Зайсанского приставства в Семипалатинской области» (№15), «Золотопромышленность в Кокпектинском округе Семипалатинской области за 1866 г.» (№38), «Редкая золотая самородка» (№42).

XIV. 1870 г. «Золотопромышленность в Кокпектинском округе Семипалатинской области в 1867 г.» (№I), «Каменный уголь в Семипалатинской области» (№4), «Тобольская соборная колокольня» (№19), «Несколько[1195] сведений о Чёрном Иртыше» (№№20 и 21).

> Е.В. Кузнецов