# Ломакин Колокола России

Станислав Константинович Ломакин

## СТАНИСЛАВ ЛОМАКИН. КОЛОКОЛА РОССИИ. ЖИВОПИСЬ ДУШИ


О тюменском художнике Павлове Александре Николаевиче можно сказать кратко словами поэта:

Крестьянский сын, воспитанник завода И волею судеб интеллигент…

Он родился в селе Дмитриевское, недалеко от знаменитого поселка Писцово, вотчине князей Долгоруковых, в Ивановской области. С детства будущего художника окружала русская, еще не тронутая современной цивилизацией, природа. Леса, поля, чистая речка были первыми яркими впечатлениями детства. Они и наложили отпечаток не только на восприятие мира, но и суждения о деревенских людях. Ощущение чистоты природы и чистоты помыслов односельчан, с которыми общался подросток, на всю жизнь определили его соразмерность линии поведения: светлое воображение, свежесть восприятия и тонкий вкус, воспитанный на русской классике, мгновенно постигающий возвышенное и нравственное. В общении с добрыми людьми, среди лесов, полей, засеянных пшеницей, под ослепительным солнцем, свободно пронизывающим прозрачный воздух, пробуждался художнический дар подростка.

Жизненный опыт А. Павлова таков, что сначала он противился роли, уготованной ему, как отличнику в школе, пытался сохранить независимость и индивидуальность. Подросток удивил своих родителей и односельчан тем, что не стал заканчивать среднюю школу, а поступил в художественное училище г. Иваново. Он мечтал стать художником. Но мечта — вещь иллюзорная. Для ее реализации потребовались годы и годы. После окончания училища А. Павлов преподает рисование в своей родной школе, затем армия, работа на заводе, пожарной охране в Ленинграде и одновременно вольнослушатель в художественной академии. Позднее заканчивает педагогический институт заочно. В Тюмени художник работает с 1977 года. Таковы главные вехи его биографии.

Шли годы многотрудной, но удивительной по насыщенности впечатлений, жизни. Однако молодой художник ста- рался сохранить свое личностно-неповторимое естество. Сталкиваясь с различными людьми он понял как сложно, а порою невозможно установить настоящий контакт с коллегами, как трудно осуществить свои идеалы и мечты, как невозможно удержать мимолетное счастье и достичь душевной полноты гармонии духа. Ленинград, с его многочисленными музеями, картинными галереями и Эрмитажем, стал для начинающего художника основным духовным поводырем. Впечатление увиденного, прочитанного и пережитого, общение с ленинградскими художниками помогло сформировать свое видение, свое отношение к искусству, сформировать свое художественное кредо и в его картинах, даже начального периода творчества, нельзя найти следов подражания. Неустанный творческий поиск А. Павлова дали ему возможность приобрести самобытность, найти для себя новые формы выражения. Повинуясь интуиции, он в своих картинах, иногда и в ущерб самому себе, жертвует внешним правдоподобием, опуская частное, случайное, для большего выявления реальности. В его работах не найти ни малейшей непринужденности, ни того, что считается мастерством в академических кругах.

Как пейзажист, А. Павлов тонко чувствует настроение русской природы, приводя в гармонию с природой свое настроение. Пейзажи художника основаны на очень точном расчете количества света, тесно связанного цветовыми оттенками. Так в картинах: «Иван-чай», «Жасмин», «Пер- вая клубника», он из одного цветового нюанса способен вывести всю гамму густых насыщенных тонов, которые сливаются в единое сияние. Поражают сильные световые эффекты. Смотришь на это диво и в душе начинает звучать музыка. Сюжет картины «Уходит день» идилличен. Сдержанные серовато-охристые тона создают общее печальное звучание. Настроение картины определено мотивами тишины, покоя, умиротворенности. Ласковый свет, клонящегося к закату солнца, золотит кроны деревьев, и воздух по особенному прозрачен, словно фосфорецирует, излучая таинственное свечение. Картина «Закат» философична. Вдоль небольшого озера стоят вереницей деревья, как бы образуя получашу, подернутую рябью вода от ветра нечетко отражает очертания деревьев. Вибрацией теней и света художник выражает свое душевное состояние и состояние природы. На переднем плане видна полукруглая возвышенность и на ней одиноко стоит береза. Уходящее солнце словно прощается с лесом, озером, одинокой березой. Его лучи, слегка касаясь верхушек деревьев, все реже и реже проникают сквозь толщу листвы. Вся природа какая- то очень знакомая, сибирская, истинно русская. Картина сдержанна, не раскрывая до конца замысел. В ней, как в жизни, все непредсказуемо, она заставляет задуматься над бренностью жизни и естественной красоте, смысле и таинстве природы.

Проникновенной поэтичностью отличаются пейзажи А. Павлова, написанные в предместье Тюмени. И приходиться сожалеть и сострадать, что красивые лесные уголки, опоясывающие Тюмень, исчезают. Технотронная цивилизация, с ее неотвратимостью, приведет к тому, что наши сыновья и внуки по пейзажам тюменских художников, возможно, будут восстанавливать природные объекты. Смотришь на работы А. Павлова, на то, как он в своей мастерской пытается сразу поставить несколько картин перед зрителем, соотнося их по колориту, контрасту и только ему одному понятному соотношению света, цвета и теней, думаешь: мерило красоты в природе — это вся последовательность естественных форм, ее целостность. В живописи природа проявляет себя через волю, чувства и разум художника. Художник оживляет природу, делает ее активной или статичной, меланхоличной. В спокойном пейзаже, в далекой черте горизонта, мы различаем нечто столь же прекрасное, как собственная наша природа.

Эстетическое наслаждение, испытываемое нами от природных пейзажей, внушает мысль о таинственном родстве между человеком и растительным миром, между человеком и космосом. Красота природы преображает не только художника в сознании и не только для целей искусства, но и зрителя, побуждая обоих к размышлению и творчеству. Назначение пейзажа состоит в том, чтобы быть средством, при помощи которого достигается иллюзия не противоречащая собственной природе. И когда художник приходит рисовать природу с натуры, он все равно отталкивается от своего представления о природе, пытаясь убедить себя в том, что он реалист, а жизненный опыт, фантазия, память лишь помогают ему в реальном отображении при роды. Художник только тогда возносится на высоту своего призвания и бередит душу зрителя, когда он бывает спо- собен испытывать и чувствовать сильнее и глубже, чем человек обыкновенный. «Задача художника, — говорил Л. Н. Толстой, — это вызвать в себе раз испытанное чувство и, вызвав в себе, посредством движений, линий красок, звуков, образов, передать это чувство».

Мое небольшое отступление от анализа картин А. Павлова не алогизм, т. е. не нарушение логики повествования, имеющий непосредственное отношение к художнику, его картинам, которые вызвали во мне разные чувства и мысли, заставили убедиться в таланте живописца. Показанные

А. Павловым рисунки, графика, натюрморты, портреты, многочисленные наброски будущих картин, вызвали у меня удивление в огромной работоспособности художника. И очень жаль, что многие художники Тюмени не имеют возможности выставлять свои работы, не говорю о персональной выставке. Мне уже приходилось писать о создании в Тюмени музея одной картины или выставочного зала, в котором тот же А. Павлов мог бы показать часть своих лучших работ.

Творчество А. Павлова разнообразно и среди портретов запомнился портрет дочери. Он значителен по глубине проникновения и выразительности. При внешней сдержанности изображения одухотворенное лицо девочки говорит о внутренней жизни, познающей мир и в то же время лицо выражает нежность и доверчивость, тончайшие движения души. При входе в мастерскую художника посетителю бросается в глаза портрет молодой женщины. «Лена». Красивое, нежное лицо внешне спокойно, слегка сжатые полные губы говорят о доброте и сердечности, огромные красивые глаза на молодом лице женщины выражают глубину чувств и сложность переживаний. Этот портрет А. Павлова выходит за рамки портрета конкретной женщины и представляет собирательный образ русской женщины.

Среди огромного количества полотен художника хочется сказать несколько слов о картине «Зимняя дорога». Представьте себе широкую, хорошо накатанную санями и ма- шинами снежную дорогу, по обе стороны которой стоит лес. Горизонтальные линии увеличивают впечатление длины дороги, уходящей к далекому горизонту. Этот принцип очень часто использует А. Павлов во многих своих миниатюрных пейзажах. Посредине дороги идет крепкий русский мужик, мы его видим со спины. Возможно он идет на заработки. Экипировка его рабочая, она соответствует зимнему, морозному дню. На ногах старые подшитые валенки (или, как говорят в Сибири — пимы), через всю спину его опоясывает пила, за пояс фуфайки заткнут топор. Можно предположить, что идет он подправить мост через небольшую речку, или дорубить сруб, начатый осенью, да мало ли дел у рабочего человека… Думы у него очень конкретные и жизненно необходимые, он не слышит митинговые съездовские страсти. Всю эту истошно орущую и пишущую в газеты братию, говорящую об общечеловеческих ценностях, их надо кормить, несмотря на различные политические пристрастия и многоликость воззрений. И он идет, чтобы созидать, а не разрушать. Картина «Зимняя дорога» А. Павлова заставляет о многом задуматься, она ассоциируется с Русью и невольно всплывают стихи прекрасного русского поэта Василия Федорова:


Ты извечная, как Русь,
Ты и боль, и врачеванье.
Я не скоро разберусь,
В чем твое очарованье…

# Примечания

1

1 С. Франк. Смысл жизни. //Вопросы философии. — 1990. — № 6. — С. 69.

2

2 В. Франкл. Человек в поисках смысла. — М., 1990. — С. 24.

3

3 С. Франк. Смысл жизни //Вопросы философии. — 1990. — № 6. — С. 71.

4

4 В. Франкл. Человек в поисках смысла. — М., 1990. — С. 40.

5

5 Франк С. Смысл жизни //Вопросы философии. — 1990. — № 6. — С. 74.

6

6 В. Франкл. В поисках смысла жизни. — М., 1990. — С. 152.

7

С. Франк. Смысл жизни //Вопросы философии. — 1990. — № 6.

— С. 76.

8

В. Франкл. Человек в поисках смысла. — М., 1990. — С. 82.

9

С. Франк. Русское мировоззрение //Общественные науки. — № 6. — 1990. — С. 242.

10

С. Франк. Смысл жизни //Вопросы философии. — 1990. — № 6. — С. 87.

11

А. Швейцер. Культура и этика. — М., 1973. — С. 311.

12

С. Франк. Смысл жизни //Вопросы философии. — 1990. — № 6.

— С. 131.

13

Вернадский В. И. Биосфера. — M., 1967. — С. 357.

14

Дидро Д. Эстетика и литературная критика. — М., 1980. — С. 489.

15

К. Григорьев, Б. Хандрюс. Читая Сухомлинского //Новый мир. —

1971. — № 10. — С. 267–268.

16

В. А. Сухомлинский. Сердце отдаю детям. — Киев, 1972. — С. 73.

17

Изорд Е. Эмоции человека. — М., 1980. — С. 29.

18

К. Изорд. Эмоции человека. — М., 1980. — С. 22.

19

Л. Н. Толстой. Собр. соч. — М., 1951. — Т. 1. — С. 336.

20

В. А. Сухомлинский. Потребность человека в человеке. — М., 1978.


21

В. А. Сухомлинский. Рождение гражданина. — М., 1971. — С. 275. С. 20

22

И. М. Сеченов. Элементы мысли. — М., 1953. — С. 260.


23

И. Кант. Трактаты и письма. — М., 1980. — С. 484–485.

24

В. А. Сухомлинский. Рождение гражданина. — М., 1971. — С. 254.

25

К. Д. Ушинский. Собр. соч. — М., 1957. — Т. 9. — С. 117–118.


26

В. А. Сухомлинский. Потребность человека в человеке. — М., 1978. — С. 10.

27

В. А. Сухомлинский. Павлышская средняя школа. — М., 1969.

— С. 169.

28

О. Г. Дробницкий. Понятие морали. — М., 1974. — С. 282.


29

В. А. Сухомлинский. Духовный мир школьника. — М., 1961. — С. 14.

30

В. А. Сухомлинский. Родина в сердце. — М., 1980. — С. 22.

31

В. А. Сухомлинский. Рождение гражданина. — М., 1971. — С. 197.

32

В. А. Сухомлинский. Родина в сердце. — М., 1980. — С. 150.

33

В. А. Сухомлинский. Письма к сыну. — М., 1979. — С. 49.


34

Д. Дидро. Эстетика и литературная критика. — М., 1980. — С. 489.


35

В. А. Сухомлинский. Мудрая власть коллектива. — М., 1975. —

С. 175.

36

В. А. Сухомлинский. Мудрая власть коллектива. — М., 1975. —


37

А. С. Макаренко. Книга для родителей. Соч. в 7-ми т. — М., 1957.

— Т. 4. — С. 247.


38

В. А. Сухомлинский. Письма к сыну. — М., 1979. — С. 50.

39

В. А. Сухомлинский. Как воспитать настоящего человека. —

Ижевск, 1980. — С. 255.

40

Платон. Собр. соч. в 4-х т. — М., 1990. — Т. 1. — С. 642.

41

Петрици И. Рассмотрение платоновской философии и Прокла Диа- доха. — М., 1984. — С. 190.

42

Секст Эмпирик. Соч. в 2-х т. — М., 1976. — Т. 2. — С. 179.

43

Подробнее смотрите о жизни и творчестве Е. П. Блаватской в книге: Синтез мистических учений Запада и Востока. — М.: Терра,

1990.

44

Е. П. Блаватская. Тайная доктрина. — М., 1898. — С. 24.

45

Е. П. Блаватская. Тайная доктрина. — М., 1898. — С. 124.

46

Е. Парнов. Трон Люцифера. — М., 1991. — С. 97–98.


47

Бердяев Н. Смысл творчества. — М., 1989. — С. 301.

48

С. М. Соловьев. Чтения по истории России. — М., 1990. — С. 334.

49

Н. Я. Данилевский. Россия и Европа. — М., 1991. — С. 286.

50

И. В. Киреевский. О характере просвещения Европы и о его отношении к просвещению России. — М., 1984. — С. 205.

51

Соловьев В. С. Соч. в 2-х т. — М., 1989. — Т. 1. — С. 247.

52

Киреевский И. О характере просвещения Европы и его отношении к просвещению России. — М., 1984. — С. 203.


53

Киреевский И. Полн. собр. соч. — М., 1911. — Т. 1. — С. 216.


54

Хомяков А. С. Полн. собр. соч. — М., 1878. — Т. 2. стб. 59.


55

Самарин Ю. Ф. Собр. соч. в 10-ти т. — М., 1887. — Т. 6. — С. 51.

56

Данилевский Н. Я. Россия и Европа. — М., 1991.


57

Аксаков К. С. Полн. собр. соч. — М., 1861. — Т. 1. — С. 88.


58

Киреевский И. В. Избр. статьи. — М., 1984. — С. 238.

59

Хомяков А. С. Собр. соч. — М., 1878. — Т. 1. — С. 174.


60

Самарин Ю. Ф. Полн. собр. соч. — М., 1887. — Т. 1. — С. 52.


61

Ф. М. Достоевский. Дневники писателя за 1877 г. — М., 1983. — Т. 25. — С. 9.