# Суббота - банный день

Леонид Кириллович Иванов

## Леонид ИВАНОВ. Суббота — банный день


Рассказы


## ПОХМЕЛЬНАЯ МОЛИТВА


— Наташенька, у нас проблемы…

— Опять папа?

— Ну, а что ещё? У папы снова запой. Я тебе ничего не говорила, но уже две недели… Опять допился… Давление под двести. У меня годовой отчёт, с работы не уйти, сегодня уже соседку попросила с ним посидеть.

— Марину, что ли?

— А кого ещё?

— Мама! Ты же знаешь, что она на папу давно неровно дышит.

— Да мы уже не в том возрасте, чтобы неровно дышать.

— Вот как раз самый такой возраст — седина в бороду, бес в ребро.

— Наташенька, да он в таком беспомощном состоянии, что никакой бес не поможет.

— Всё равно, мама, не надо давать повода. Это она с виду вся такая праведная, всё Бога поминает, а в глазах черти пляшут.

— А ты завтра сможешь с ним побыть?

— Завтра смогу.

— Тогда до завтра! Целую тебя, доченька.


* * *


Утром отец, выпив ещё до прихода Наташи очередные сто граммов, мирно спал.

— Я там приготовила похмельный коктейль, — надевая шубу, давала наставления Полина Петровна. — Проснётся, дашь выпить. Таблетки на столе в гостиной. Ну, найдёшь сама. Всё, я побежала. Постарайся водки много не давать.

— Мама, не волнуйся, всё будет хорошо.

Наташа прошла в гостиную, включила ноутбук, быстренько прочитала заголовки новостей, не нашла ничего привлекательного и погрузилась в работу. Часа через полтора из спальни послышался голос отца:

— Полина! Полина, иди сюда!

Наташа прошла в спальню:

— Привет, папа!

— Привет, — глухо ответил отец, потом откашлялся и уже нормальным голосом спросил:

— А мама где?

— Мама на работу убежала.

— А я вот опять… Ты извини!

— Да вижу, что опять.

— Наташенька, плохо мне… Очень плохо…

— Сейчас я тебе лекарство принесу.

Отец выпил приготовленный женой успокоительный коктейль из пустырника, валерьянки, корвалола и ещё каких-то лекарств, откинулся на подушку.

— Плохо мне, Наташенька…

— Сейчас полегчает. Давай, я тебе давление померяю.

Отец послушно вытянул поверх одеяла левую руку. Давление зашкаливало.

— Папа, давай я «скорую» вызову. У тебя же гипертонический криз.

— Не надо «скорой». Что они скажут? Пить надо меньше? Так я это и без них знаю. Всё пройдёт. Первый раз, что ли? Дай, я в тишине полежу.

Через некоторое время из спальни послышалось:

— Наташенька, иди сюда!

— Что тебе, папа?

— Плохо мне, — выдавил отец, вытирая со лба обильный пот.

— Да вижу, что плохо. Давай «скорую» вызову.

— Не надо «скорой», — уже с раздражением сказал отец.

— Ну, тогда не знаю, чем тебе помочь. Мама сказала, что укол тебе сегодня уже поставила, таблетки дала. Больше нельзя.

— Вчера Марина мне какую-то молитву прочитала, и сразу полегчало. Почитай тоже, может, пройдёт.

— Папа, ты же всегда воинствующим атеистом был! Да я, в отличие от Марины, и молитв никаких не знаю.

— В интернете поищи. Наверняка же есть.

— Да какую хоть Марина читала?

— Не знаю… Не помню… Помню, что ладонь на лоб положила и молитву прочитала.

— Ну, папа, ладонь-то я тоже могу положить. Если тебе легче будет, а вот с молитвой… Какие хоть там слова-то были?

— Не помню… Помню, что мне сразу полегчало, и я заснул.

Наташа взяла ноутбук, забила в поисковике «самые распространённые молитвы». В молитве оптинских старцев нашла подходящее: «Господи, просвети мой ум и сердце мое для разумения Твоих вечных и неизменных законов, управляющих миром, чтобы я мог правильно служить Тебе и ближним моим».

— Не то, — сразу отверг отец. — Там другие слова были.

— Господи, дай мне силы изменить то, что я могу изменить, дай мне терпение смириться с тем, что я не могу изменить, и дай мне мудрость, чтобы отличить первое от второго, — прочитала Наташа из испанской молитвы.

— Слишком мудрёно. Не то. Там что-то очень простое было.

— Ну вот ещё молитва на сон, — обрадовалась Наташа и стала с выражением читать: «И даждь нам, Владыко, на сон грядущим, покой тела и души, и сохрани нас от мрачнаго сна греховнаго, и всякаго темнаго и нощнаго сладострастия. Утиши стремление страстей, и угаси разжженныя стрелы лукаваго, яже на ны льстиво движимыя. Плоти нашея востания утоли, и всяко земное и вещественное наше мудрование успи».

— Не то, — опять с раздражением в голосе перебил отец. — Ну совсем же простая молитва была, а ты тут какие-то мудрёные находишь.

— Папа, ну, вспомни хоть какие-то слова…

— Не помню… Но мне сразу так хорошо стало, и я заснул. Ой, погоди-ка. Кажется вспомнил начало: «Боже, царя храни».

Наташа нашла в интернете гимн царской России, положила отцу ладонь на лоб и, вспомнив виденное в кино, стала прямо с монитора негромко нараспев читать:

Боже, Царя храни!

Сильный, державный,

Царствуй на славу нам,

Царствуй на страх врагам,

Царь православный.

Боже, Царя храни!

Она не успела допеть гимн до конца, как отец мирно захрапел.