# Избранное. Том 2

С. К. Ломакин

### РАЗДУМЬЯ ДЛИНОЮ В ЖИЗНЬ

Поводом для встречи со Станиславом Ломакиным послужила его книга «В поисках национальной идеи», увидевшая свет в этом году. Тема животрепещущая, каждый мыслящий человек, даже с подачи СМИ, хоть раз да задумывался: есть ли альтернатива тому «светлому будущему», устремление к которому отошло в историю, вместе с государством под названием Советский Союз? Живем, по сути, в другой стране, а идеалы все как-то не формулируются. Да и должны ли? Может, придуманные нами идеалы и уводят в сторону от магистрального Пути, и бредем обратно, приговаривая разочарованно: «Очередная утопия...»

– Станислав Константинович, что побудило вас к размышлениям о национальной идее и каким содержанием вы бы ее наполнили?

– Сегодня, по моему субъективному мнению, в стране отсутствует идеология. В советское время моральный кодекс определял поведенческие приоритеты, а сейчас исподволь формируется установка: каждый выживает как может. Быть богатым – уже идеология. Но это же идеология стяжательства. Во главу угла ставятся деньги, искажается иерархия духовных ценностей.

Национальная идея, на мой взгляд, означает определенный уровень национального самосознания в данный конкретный период истории Отечества. Она должна отражать дух нации, помыслы и чаяния всего населения страны. Несколько лет назад в одной из своих статей я пытался сформулировать ее. По моим представлениям, существует некая система-структура, которая состоит из элементов, являющих собою базовые ценности нашего народа: Бог, Православие, Государство, Семья, Совесть, Милосердие, Справедливость. Безусловно, эти ценности еще требуют анализа и осмысления. Статья была опубликована в Москве, значит, мысли эти были интересны издателю. А в книгу, наряду со статьей «В поисках национальной идеи», вошли также размышления о русской философии и культуре, о мессианском характере русского человека и православии, о роли природы в выживании человечества, о воспитании подрастающего поколения.

– Вы окончили исторический факультет университета, как получилось, что связали свою жизнь с философией?

– В Томском университете, одном из старейших в Сибири, была уникальная библиотека, пожалуй, она даже входила в десятку лучших университетских библиотек мира. А я с детства очень любил читать, у самого сейчас большое собрание книг. Наряду с тем. что много занимался историей, интересовался и философией. Знакомился с работами западных и отечественных мыслителей. Есть много дисциплин, которые дают знания, но философия – наука мысли, она поднимает интеллект на более высокий уровень. Изначально был большой интерес к русским мыслителям – не либералам, а тем, кто до самопожертвования отдавал себя России: митрополит Илларион, Григорий Сковорода, Александр Радищев. Николай Данилевский, Николай Бердяев, Николай Федоров.

– Вы разделяете идеи «русского космизма»?

– Да. Возьмите ноосферу Вернадского – сферу единого разума. Как, по-вашему, происходит, что несколько человек в разных странах независимо друг от друга высказывают одну и ту же мысль? Это касается и изобретений, и каких-то интеллектуальных прорывов. Где формируется эта мысль? В ноосфере. Именно оттуда мы черпаем информацию.

– Как сложилась дальше ваша философская судьба?

– В университете философию нам преподавал Федор Селиванов. потом он уехал создавать кафедру философии в Тюменском индустриальном институте. После окончания Томского университета мне предлагали остаться на кафедре, но я ушел работать директором средней школы. Мы с Федором Андреевичем переписывались, и как-то он пригласил меня на свою кафедру в Тюмень. Я согласился.

– Вы постоянно общаетесь со студентами. Современная молодежь в вашем восприятии – какая она?

– Есть разные ребята. Читать вот стали мало. А ведь еще во времена Ярослава Мудрого говорили: «Кто читает книги, тот разговаривает с Богом». Но есть и те, кто интересуется книгами, есть полноценно духовная молодежь, что радует.

– Станислав Константинович, в каком возрасте вы начали писать?

– Достаточно поздно, ближе к сорока годам. Всегда больше любил читать. Даже не понимаю людей, которые, к примеру, на отдыхе могут лежать на пляже и ничего не делать. У меня всегда есть книга под рукой. Если возникает выбор: читать или писать, могу отдать предпочтение первому.

– Приоткройте занавес вашей писательской «кухни». Работаете по вдохновению или каждый день, в определенное время?

– Я из тех ленивцев, которые могут месяцами ничего не творить, ожидая вдохновения. Но, думаю, в это время идет накопление энергии, что-то кристаллизуется. А потом пишется и пишется, порой до боли в сердце. Бывает и так, что идея приходит неожиданно: в автобусе или когда берусь за пылесос. Когда пишу, возникает некий поток. Допустим, возникает мысль: хорошо бы привести цитату, и будто луч в голове высвечивает: ага, есть у Ключевского, а эта информация есть там-то. То есть все, что читал однажды, в нужный момент всплывает и напоминает о себе.

– У вас много статей, посвященных как известным, так и малоизвестным русским писателям, художникам, ученым. Что привлекает вас в этих людях?

– Привлекает личность. Многие из них забыты незаслуженно. Например, Лев Мечников. Образованнейший человек, знал более двадцати языков, участвовал в гарибальдийском движении, он неоднократно высказывал идеи о том, что Россия может стать ведущей экономической и духовной державой мира, если будет рационально использовать природные ресурсы. Хочется, чтобы о таких соотечественниках знали читатели, в частности молодежь. Мне студенты говорят: «То, что вы рассказываете, так интерес но, а нам даже фамилии этих людей неизвестны были». Хочу, чтобы будущие поколения знали своих титанов мысли. Когда сопоставляешь исторические события, оказывается, что многие русские мыслители были пророками. Почитайте, к примеру, философские статьи Достоевского. Да только к ним не прислушивались: как известно, в своем Отечестве пророка нет.

– Вышел юбилейный, десятый выпуск литературно– художественного альманаха «Арион», составителем и редактором которого вы являетесь. Как возникла идея такого сборника, посвященного творчеству студентов и преподавателей?

– Мы увидели, что среди студентов немало ребят, которые пишут стихи, и однажды решили организовать конкурс. Участвовать в нем пожелали многие. Собирались, обсуждали, выставляли стихи в Интернете. Потом решили, что неплохо было бы выпускать сборник. Так возник «Арион».

– Как редактор вы много правки вносите в тексты?

– Это достаточно деликатный вопрос. Поскольку я сам человек творческий, то знаю, что редакторская правка способна порой исказить мысль, которую хотел донести до читателя автор. Поэтому все существенные поправки стараюсь согласовать с автором. Предлагаю свой вариант: по-моему, вот так было бы лучше, и, если он согласен, вношу изменения.

– Ваш сын Сергей известен как исполнитель авторской песни, чем занимается второй сын, богаты ли внуками?

– Игорь в Новосибирском университете окончил факультет экономической кибернетики, там и живет, у него дочка Катя, ей семь лет. У Сергея два сына – Александр и Тимофей. Игорь и Сергей служили в армии.

– Похоже, у вас есть повод бывать на своей малой родине!

– Да, и к сыну в Новосибирск езжу, и сестру в Кыштовке навещаю. Каждый год стараюсь съездить на родину. Речка, лес, очень люблю собирать грибы, знаю их все с детства, ягоды лесные тоже намного вкуснее садовых. Нигде так не мыслится, как на природе. Там бывает удивительное состояние. Оно порой необходимо, чтобы провести ревизию своих убеждений, установок. Переоценка ценностей происходит в жизни неоднократно – это процесс социализации. Нормально, если она сопровождается глубокими раздумьями, желанием постичь что-то еще. Плохо, когда уж очень часто меняются взгляды, и человек, словно флюгер, поворачивается то в одну сторону, то в другую.

– Ваше непоколебимое убеждение?

– Жить в России и быть полезным России.

– А менять убеждения доводилось?

– Да. Помню, все мы были под воздействием выступлений Горбачева. Это и неудивительно. Но потом я начал сомневаться, в результате не принял перестройку, идеологию обогащения, разделившую людей. Конечно, остается ностальгия по советскому времени. Рад, что успел детей выучить. Сейчас наша жизнь напоминает раскрученный маховик, который набирает скорость. Вопрос: куда несемся? Человечество пытается найти поддержку у Бога, но иногда кажется, что Он не способен помочь: смотрит на нас, и Сам начинает сомневаться. Сегодня уже такое время, что, видимо, для изменений в интересах человечества нужны люди, способные на самопожертвование.

– У вас есть какое-то жизненное кредо?

– Боишься – не делай, делаешь – не бойся.

– Благодарим Вас за интервью.

> Л. Филатова