# Избранное. Том 2

С. К. Ломакин

### АЛЕКСЕЙ ФЕДОРОВИЧ ЛОСЕВ (1893–1988 гг.).

Философ, религиозный мыслитель-энциклопедист родился в городе Новочеркасске. Учился на двух факультетах: историко-филологическом и философии Московского университета. Основные философские идеи Лосева положили в основание преобразование феноменологии, превратив ее в универсальную диалектику «философия имени». В этом трактате философ показал, что все в этом мире, включая и мертвую природу, есть смысл, и потому философия природы и философия духа объединяются в философии «имени как самообнаружение смысла». Имя как «идея», «эйдос» существо предмета.

Круг интересов философа необычайно широк: античная философия, типология культуры, математика, философия музыки, история философии, мифология, семиотика, лингвистика, стилистика и др. Лосев являлся философом и комментатором античных и средневековых мыслителей. Он автор восьмитомной истории античной эстетики. Знакомясь с его произведениями приходится удивляться работоспособности ученого. То, что он сделал в области философии – это подвиг, такое количество работ, которое опубликовал ученый, под силу лишь целому коллективу научно– исследовательского института.

Интересны суждения Лосева о соотношении человека и Бога. Он считал, что познать Бога нельзя. И ставить так вопрос – значит нарушить абсолютную персоналистическую границу между Богом и человеком, отождествив их в разуме. Бог непознаваем (в рационалистическом смысле). Однако общее между Богом и тварным миром – коммуникативная энергия первосущности возможно.

В последние годы жизни Лосев обратился к русской философии, он написал книгу «Владимир Соловьев и его время». Истоки русской религиозной философии он находит в античности. «Русская философская мысль», – писал ученый, – развившаяся на основе греко-православных представлений в свою очередь во многом заимствованных у античности, кладет в основание Логос... Русская самобытная философия представляет собой непрекращающуюся борьбу между западноевропейским абстрактным ratio и восточнохристианским конкретным, богочеловеческим Логосом и является беспрестанным, постоянно поднимающимся на новую ступень постижением иррациональных и тайных глубин космоса конкретным и живым разумом.

Алексей Федорович Лосев был, быть может, последним из великих философов XX столетия, приняв идейную эстафету у своих предшественников – мыслителей серебряного века.

ТЕКСТ: Человеческое слово, как и человеческий субъект, есть результат всех энергем, которые только мыслим. Это – та удивительная вещь, которую только теперь мы можем оценить во всей ее глубине. В предыдущем исследовании мы говорили о чистых типах энергии. Мы говорили о чисто физической, чисто сенсуальной, чисто поэтической энергем. Поэтому мы не могли говорить о человеческом субъекте и о человеческом слове.

Человеческий субъект есть носитель одновременно и физической, и органической, и сенсуальной, и поэтической энергем, причем поэтическая энергема возможна для него во всех своих видах – в виде перцептивной, имагинативной, собственно-поэтической, или когитативной, и гжер-ноэтической. Равным образом человеческое слово есть выражающий носитель всех этих энергем одновременно. Ясно, что в таком случае ни одна из этих энергем не может оставаться в своем чистом виде. Вступая в совокупное существование с другими энергемами, каждая из них соответственным образом меняется, и эта совокупность всех энергем, изменившихся от одновременного действия, и есть общая энергема человеческого субъекта и человеческого слова.

Возьмем физическую энергему. В чистом виде она рождает физическую вещь, значащую только то, что она есть. В человеческом слове она создает физическую оболочку слова, значащую далеко не то, что она есть сама по себе. Тут она – именно оболочка и покров всех таинственных глубин слова. Так и человеческое тело – не просто физическая вещь, – орудие выражения неисповедимых тайн вечности. Тело и лицо человека – не физический факт, но зерцало всего бытия, откровение и выражение всех тайн, которые только возможны. Так преображается физическая энергема в человеческом слове. Фонема, стало быть, есть воплощенность в инобытии физической энергемы. и, как таковая, оказывается знаком и для самой сущности. – Возьмем органическую энергему. В чистом виде она только рождает субъекта чистого раздражения. В человеческом мире энергема раздражения связана со всей совокупностью его духовных богатств. Раздражается физическое ухо, а в сознании происходит таинство общения с миром звуков. Раздражается физический глаз, а в сознании творится видение мира и себя в этом мире. В человеческом слове органическая энергема не просто дает растительное семя, но – органическую жизнь разумного существа, и каждая малейшая черта в росте, питании, размножении, вообще жизни этого существа продиктована высшей его энерге – мой, и уже нет самодовления физиологической функции, которое мы встречаем с сфере действия чистой органической энергемы. Органическая энергема вообще как таковая есть только одна. Органическая энергема в слове есть выразитель всех смысловых тайн слова вообще. Фонема – как проявление живого организма -ив этом отношении оказывается знаком самой сущности. То же необходимо сказать и о сенсуальной и поэтической энергеме. Человек как таковой не знает чистой сенсуальной энергемы; она вся пронизана поэтическими искрами. Субъект чистого ощущения есть абсолютно бессознательный субъект. Человеческий субъект, имеющий ощущение, имеет их обыкновенно в форме того или иного осмысления. Ощущение переходит в восприятие, восприятие в образ и образ – в мысль.