# Избранное. Том 1

С. К. Ломакин

### МОРАЛЬНЫЕ СЕНТЕНЦИИ В ТВОРЧЕСТВЕ ВАСИЛИЯ ШУКШИНА

Жизнь современного человека – это противостояние мощным общественным течениям. Общество, отдельный человек окружен миром техники, которая не делает людей нравственными. Подлинное бытие людей раскрывают высоконравственные писатели посредством импульсов, идущих из их внутреннего содержания. Таким был Василий Макарович Шукшин: совестливый, духовно– богатый. Ко всему его творчеству можно рефреном поставить слова самого писателя «Что с нами происходит?».

Сегодня зачастую на человека, рассуждающего о нравственности, смотрят как на «шукшинского чудика», потому что «истина во Власти и Деньгах»: у кого больше, тот и прав, тот, как говорил Ф. М. Достоевский в «Бесах» потерял «различие зла и добра». Шукшин не дожил до нашего времени, он ужаснулся бы масштабам разора России, тому, что натворили либералы-демократы своими реформами с некогда великой страной и ее великим народом, но в некоторых его рассказах можно обнаружить некое предсказание социальных перемен в стране.

В статье «Слово о «Малой родине» Шукшин пророчествует, говоря о том, что его беспокоит будущее нашей Родины, где справедливость и правда обесценятся. По его мнению, «соблюдение правды вселяет в человека уверенность и ценность его пребывания здесь» – И если человек сомневается в своих силах, возможностях, если он запутался в коллизиях, то направить его жизненный вектор может «малая Родина». «Я думаю, – писал В. Шукшин, – что русского человека во многом выручает сознание этого вот – есть еще куда отступать, есть, где отдышаться, собраться с духом. И какая-то огромная мощь чудится мне там, на Родине, какая-то животворящая сила, которой надо коснуться, чтобы обрести утраченный напор в крови». Василий Макарович говорит о малой Родине как о запасном аэродроме, но сегодня для миллионов людей нет этого спасательного места. Люди превращаются в безнациональную, в денационализированную массу, они оторваны от своих корней, они становятся безродными изгоями, беспочвенными и бесплотными скитальцами по чужим духовным дорогам, а стало быть, и не имеющих четких духовно-нравственных ориентиров.

В творчестве Шукшина через персонажей рассказов, повестей, романов ощущается горькое осознание личной вины, при всей непричастности писателя к событиям. Это свидетельство особенно драгоценно, так как читатель понимает, что описанные события автор пропускает через свое сердце. В рассказе «Верую» Максим Яриков по воскресеньям не знал, куда себя деть: «наваливалась тоска». Жена, не понимая, что может быть у здорового мужика, сокрушалась: «Опять навалилась!» Максим доходчиво объяснял, что у человека есть душа, и она может болеть. «Вот она, здесь, – болит! – Максим показывал на грудь, – Я же не выдумываю! Я элементарно чувствую – болит». У соседа приехал родственник поп и Максим пришел узнать, болит ли душа у духовных иерархов, или у них как у всех людей? За распитием разбавленного спирта, поп стал объяснять соотношение добра и зла. Диалог закончился слезами умиления, как попа, так и Максима, которые вместе «заблажили»: «Верую: в авиацию, в механизацию сельского хозяйства, в научную революцию: в космос и невесомость!.. Закончили свое общение пляской, от которой дребезжали стаканы и весь дом. – Эх, верую! Верую». В данном рассказе Шукшин сражает читателя глубокомыслием духовного отца в атеистический период времени. Писателю нужно было ввести в сюжет повествования детективно-философский элемент. Тайна души, входившая в сюжет рассказа, поражает неожиданностью, вырастающей из тайны. Морализаторство попа убеждает Максима Ярикова в справедливости и глубоких знаниях духовного пастыря.

Интересен рассказ В. Шукшина «Непротивленец Макар Жеребцов». Сюжет незамысловат: Макар Жеребцов – мужчина 50 лет – в соку, работает почтальоном. Постоянно находясь среди людей, на виду, он пытается малыми силами своего интеллекта и морального прозрения влиять на судьбы жителей деревни... Макар, увидев идущего навстречу знакомого (сократовский метод), начинал интересоваться делами семьи, но его вопросы были въедливыми, а сила нравоучений становилась оскорбительной, когда он давал советы. Манера обращения, риторика Макара вызывали протест у собеседников, когда он собирался написать жалобу или назвать родившегося ребенка у молодых спорящих супругов определенным именем, в соответствии с его понятием. У слушающих Макара в душе прорастал протест, семя бунта против морализатора, проявлялось в гневе, и он даже был бит за советы. Случалось, что Жеребцов глубокомысленно задумывался над своей проповеднической деятельностью: «Сам не знаю. Вот думают, что путаю людей. Я сам не знаю, как мне их: жалеть или надсмехаться над ними. Хожу, гляжу – охота помочь советом каким-нибудь. Потом раздумаешься: да пошли вы все... Как жили» так и живите – кроты».

Шукшинские персонажи, борясь со злом, чувствуют его переизбыток, не оттесненного добром. Они поднимаются в своей борьбе на трансцендентный уровень, т. е. выходящий за пределы личностного «Я». Зло рассеяно в мире, оно – каждодневная реальность и выражается в алчности, стяжательстве, предательстве, лжи, лицемерии. Это особенно проявляется в рассказах «Жена мужа в Париж провожала», «Чудик», «Крепкий мужик», «Раскас», «Обида», «Упорный», «Рыжий», в сказке «До третьих петухов» и др. Идея действительного добра вызвала к жизни и новый идеал, который воплотился у Шукшина в простого человека – труженика, живущего своими заботами, радостями, печалями. Философия в творчестве Шукшина – это, по сути, нравственные намерения, философия добра и света не всегда достижима. Каждый читатель находит что-то свое в произведениях Василия Макаровича. Когда читаешь сказку «До третьих петухов», то невольно пытаться понять, что поиски истины, которую стараются найти персонажи русской классической литературы, и Иванушка, посланный за справкой, что он не дурак, приводят к мысли о наличии откровенных этических воззрений Шукшин.

Валентин Распутин очень верно отразил сущность Шукшина, которого так не хватает в наше неспокойное, смутное время: «Нам не хватает Василия Шукшина как честного, никогда, ни при какой погоде не ломавшего голос художника, скроенного, составленного от начала до конца из одних болей, порывов, любви и таланта русского человека, как сына России, который нес в себе страдания и хорошо понимал, что для нее полезно и что губительно». Данное высказывание очень верно отражает сущность писателя, которого так не достает в наше время.