# Сочинения в двух томах: Т. 2. История колонизации Сибири

С. К. Патканов

# Комментарии

1

Флоринский В.М. - археолог, основатель археологического музея при Томском университете, один из пионеров научного изучения древностей Западной Сибири. В 1880-1890-е годы собирал и публиковал материалы по археологии Томского Приобья. Наиболее известная работа - «Первобытные славяне по памятникам их доисторической жизни».

2

Потанин Г.Н. - известный русский путешественник, ученый, член Императорского Русского географического общества. В 60-90-х годах XIX века исследовал различные районы Центральной Азии. В результате экспедиций им были собраны и впоследствии опубликованы богатые материалы по географии, природе, истории, археологии и этнографии. В 1895 году в «Живописной России» была помещена его работа «Завоевание и колонизация Сибири».

3

Радлов В.В. (1837-1918 гг.) - академик, русский ученый-энциклопедист, историк, археолог, этнограф, лингвист. Основатель отечественной тюркологии. Изучал древние и современные традиционные культуры и языки народов Западной Сибири, Центральной Азии, Алтая, занимался решением проблем этногенеза тюркских и самодийских народов. Одним из первых применил комплексный подход в исторической науке. Его основные труды - «Древние аборигены Сибири», «Aus Sibirien» и «Опыт словаря русских наречий» до сих пор представляют огромную научную ценность.

4

В различных фонетических вариантах термин «сибыр» (себар, сыбыр, сывыр, савыр, сепыр, сипыр) известен не только как этноним, он зафиксирован в западносибирской топонимии (городки Тяпар-вош, Шопер-вош, пос. Таборы, Супринские юрты, река Супра, ороним Сопр-экв-ур, гидроним Сопр-экв-воль), антропонимии (социальные группы обских угров Щабермам и Сопыр-махум, фамилии ханты и манси Сабарев, Себуров, Савиров, Шабуров, Шиберов и т.п.), в именах духов-покровителей (Сопра-ойка, Сопыр-олм, Щапыр-алн).

5

«Ар-ях» в переводе с хантыйского означает «Песенный народ», т.е. древние люди, о которых поется в песнях.

6

В хантыйских преданиях татары называются «катань-ях» («народ катань»). Этот этноним произошел от названия монголо-язычного племени киданей, обитавших в IV веке в Восточной Монголии. Их ближайшими родственниками были племена татар и монголов. В VI - начале VIII вв. кидани входили в состав I и II Тюркских каганатов, а в VIII-IХ вв. были покорены уйгурами. В конце IX века началось усиление киданей, покоривших все мелкие кочевья монголоязычных племен. Наибольшего могущества киданское государство достигло к середине X века, когда кидани завоевали 16 северных областей Китая, образовав империю Ляо (Дайляо). После разгрома империи в 1125 году чжурчженями часть киданей вошла в состав чжурчженьского государства Цзинь, а другая часть (кара-кадани, или кара-китаи) ушла в Среднюю Азию, где они постепенно были отюречены и вошли в состав тюркских племен. Этот этноним сохранился как название некоторых групп в составе ряда тюркских народов, в том числе и сибирских татар, что отражено в названиях Кытай урамы («Улица китаев») в Верхне-Ингальских юртах, деревень Катангуль (Нижнетавдинский район), Катангуй (Ишимский район), Катай (Викуловский район) и др. От этого же этнонима происходит и русское название Китая. К этническим китайцам прииртышские катаны не имеют никакого отношения.

7

Рождество Христово.

8

А.М. Кастрен - известный финский ученый, в 1843-1845 годах осуществил экспедиции в Нижнее Приобье, где ему удалось собрать богатые материалы по языку, этнографии и фольклору ханты. Ранняя смерть не позволила ему завершить начатые работы. Большая часть собранных им материалов осталась неопубликованной. На русском языке фольклорные тексты, записанные Кастреном, не издавались. В 1860 г. в России вышла его работа «Путешествие по Лапландии, Северной России и Сибири» (Магазин землеведения и путешествий. Спб. 1860. Т. 6. Ч. 2).

9

Венгерский ученый А. Регули в 1843-1844 гг. собирал фольклорный материал у нижнеобских ханты и некоторых групп манси. К сожалению, он не успел обработать и опубликовать собранные тексты. Мансийские тексты были частично расшифрованы, опубликованы с переводом на венгерский язык и снабжены комментариями в 1892-1921 гг. другим венгерским ученым Б. Кальманом. На русский язык упомянутые работы не переведены.

10

Финский ученый-лингвист А. Алквист во время экспедиций 1858, 1877 и 1889 гг. в Западную Сибирь изучал хантыйский и мансийский языки и собирал образцы их фольклора. Эти материалы, снабженные переводом на немецкий язык, вышли в 1880 и 1894 годах. В 1883 году вышла в свет на немецком языке его книга «Среди остяков и вогулов». На русском языке опубликованы (в переводе Н. Лукиной) лишь две записанные Алквистом хантыйские былички (Мифы, предания, сказки хантов и манси. М., 1995).

11

Й. Папай - венгерский ученый, направленный в 1898-1899 гг. Венгерской Академией наук в экспедицию к северным ханты. Занимался расшифровкой текстов, записанных А. Регули, собирал новые фольклорные материалы. Труды Папай, включая расшифрованные тексты А. Регули, были опубликованы посмертно на хантыйском, венгерском и немецком языках, начиная с 1905 по 1972 г. На русском языке (в переводе Н. Лукиной) опубликованы два мифа и предание, записанные Папай (см. «Мифы, предания, сказки хантов и манси»).

12

Б. Мункачи - венгерский лингвист, предпринявший в 1888- 1889 гг. по заданию Академии наук путешествие в таежное Зауралье, где он изучал мансийский язык и собирал фольклор. Собранные им тексты, переведенные на венгерский язык, и комментарии были изданы в семи томах в 1892-1963 гг. На русский язык переведено венгерским этнографом Е. Шмидт мифологическое сказание о возникновении Земли (см. «Мифы, предания, сказки хантов и манси»).

13

Остяки (ханты), вогулы (манси) и мадьяры (венгры) в языковом отношении представляют угорскую группу, относящуюся к финно-угорской ветви т.н. уральской языковой семьи. Самодийская ветвь отделилась от уральской семьи языков в конце V начале IV тыс. до н.э. Финно-угорская ветвь разделилась на финно-пермскую и угорскую в начале II тыс. до н.э. В настоящее время в хантыйском языке выделено 16 диалектов, объединенных в северную, южную и восточную группы. У манси четыре группы диалектов: северная, южная, западная и восточная. Часть диалектов практически исчезла. В антропологическом отношении ханты и манси являются наиболее типичными представителями уральского типа, характеризующегося своеобразным сочетанием монголоидных и европеоидных черт.

14

До начала XVIII века светская и церковная власти России довольно терпимо относились к языческой вере обских угров.

Деятельность церкви, по существу, ограничивалась стенами русских городов и острогов. Встречное движение к православию (по-видимому, из политических соображений) предприняли лишь представители правящей династии остяцкого Кодско го княжества. В 90-х годах XVI века приняли крещение родной брат покойного кодского князя Алача, нареченный Георгием (Юрием), затем овдовевшая княгиня, нареченная Анастасией. Вскоре новую веру приняли князь Игичей, его жена Анна Пуртеева, трое их сыновей и брат Анны - Степан Пуртеев. В эти же годы в Кодеком городке были построены Троицкая и Зосимо-Савватиевская церкви. В 1654 году в Кодеком городке возник Кодский (Кондинский) монастырь. Остяков-новокрещенов в Кодеком княжестве было немного, да и они предпочитали посещению церкви прежние языческие обряды и празднества. Противники князя Дмитрия Алачева доносили на великородных новокрещенов, что те «...живут... в православной вере некрепко, к проклятым шайтанам мольбу прилагают ...из пищалей на церквах по крестам стреляют». Обвиняли князя еще и в том, что он подарил шаману для принесения в жертву некую «женку».

Тотальное крещение остяков и вогулов, предпринятое в 1707-1717 годах сибирскими миссионерами под руководством митрополита Филофея Лещинского (с 1709 г. он принял схиму под именем Федора), сопровождалось разорением языческих святилищ, сожжением идолов, награждением новообращенных за счет казенных средств и предоставлением им временных льгот в выплате ясака. Петр Великий высоко оценил миссионерскую деятельность Филофея и даже вручил ему за заслуги особую грамоту. Однако соратник императора - известный государственный деятель и историк В.Н. Татищев оценивал результаты миссионерской кампании несколько иначе: «Митрополит Филофей Лещинский не более сделал, как их перекупил, да белые рубашки одел, и оное крещение пощитал».

Языческие религиозно-мифологические воззрения ханты и манси оказались очень стойкими и дожили до наших дней, несмотря на гонения со стороны церковных и государственных властей, атеистическую пропаганду в советское время. Даже в XIX – начале XX вв. они отождествляли святого Николу Угодника со своим верховным божеством Нуми-Торумом, а Богородицу с образом богини-жизнеподательницы и прародительницы Калтащ. Случалось, что ханты и манси пытались приносить кровавые жертвы в церквях, а в православные праздники обязательно посещали языческие священные места, где совершали жертвоприношение.

15

Мухомор - единственный вид грибов, употребляемый обскими уграми. Он обладает сильным галлюциногенным воздействием. Чтобы достичь необходимого экстатического состояния, обско-угорские шаманы жуют предварительно размоченный порошок из сушеных мухоморов, запивая его водой. Согласно гипотезе американского ученого Р.Г. Уоссона, именно из мухомора готовился знаменитый напиток арийских богов – сома. Интересно, что обско-угорское название мухомора «панх» или «пангх» совпадает с ведийским «бангха» и авестийским «банг», означающими мухомор или белену. Испив сому, ведийские боги и жрецы достигали особого состояния, дающего вдохновение, просветление, открывающего необычайный прилив сил, необходимый для воспевания гимнов и совершения всевозможных чудес и подвигов. Предки угров, проживавшие в лесостепной и степной зонах Евразии, имели тесные контакты в бронзовом веке с индоиранскими племенами – создателями ведийской религиозно-мифологической системы и в раннем железном веке с ираноязычными племенами - создателями «Авесты».

Трудно сказать, кто у кого заимствовал традицию использования гриба-галлюциногена и его название. В настоящее время ученые зафиксировали немало лексических и культурных заимствований индоиранского и иранского происхождения у обских угров. Вопрос о наличии угорских заимствований в культурах индоиранцев и иранцев не получил должного развития, но нельзя исключать и такое воздействие.

16

В «крепости Сибирь» (татары называли ее Искер, реже - Кашлык) в это время правил представитель рода Тайбугидов бек Мухаммад (Махмет), объединивший под своей властью татарские улусы в низовьях Тобола и по Среднему Иртышу.

Лятик в летописях упоминается единственный раз - в описании событий 1484-1485 гг., связанных с подписанием мирного соглашения в Усть-Вымском городке - резиденции пермского владыки, епископа Филофея, между остяцкими и вогульскими князьями с одной стороны, вымскими князьями и Московским Великим князем - с другой. Для заключения мира прибыли «...по опасу князь вогулетин Юмшан, а с ним тесть его Калба да Ломотко... сибирский князь Лятик... югорский князь Пыткей... большой князь югорский Молдан...».

Обращает на себя внимание очень важная деталь: в Устюжской и Вычегодско-Вымской летописях имя Лятик отсутствует, зато упоминаются некие Ляб и Чангиль. Исследователи отмечают, что последнее имя созвучно названию старого остяцкого поселения Цингалы (Цингальские юрты), располагавшегося в низовьях Иртыша. Недалеко от Цингалов, на Иртыше, согласно письменным источникам, в ХУ1-Х1Х вв. находилось поселение Лебаут (Лебауцкие юрты). Местные ханты сообщали в XVIII веке Г.Ф. Миллеру, что другое название Лебаута - Назым. Тот самый Назым, который брали штурмом Ермаковы казаки во время своего ясачного похода на Обь.

Таким образом, оба названия (Ляб и Чангиль) получают вполне определенную географическую привязку - низовья Иртыша. Правда, следует отметить, что из летописных сообщений неясно, что это: названия городков, княжеств или имена князей. Возможно, и то, и другое, так как в конце XVI века в Назымском городке жил князь Лебаут. Вторая часть его имени означает «мыс» («ават», «аут»). Первая часть нам уже знакома: Леб, ляб, ляп, он же - Лятик (правильное звучание имени, видимо, Ляб-ики, где «ики» - хантыйское «старик»).

Дополнительные аргументы к этой версии находим в тех же летописных сведениях о заключении мирного договора 1485 года: югорские и кодские князья гарантировали сохранение мира «за все за свои люди, что под ними есть. А за Ляба миру не имали того для, что не под ними». Кроме того, эти князья договорились между собой о том, что если «поедет Ляб Обдора воевати, и кодичем весть держати обдорцам». Речь идет о княжестве Обдорском, располагавшемся в устье Оби, и Кодеком княжестве, территория которого простиралась по берегам Оби, чуть ниже устья Иртыша и до места разветвления Оби на Малую и Большую Обь. Очевидно, что войску Ляба, прежде чем достичь Обдоры, надо было проходить по Оби мимо Кодских городков. Следовательно, владения Лябы (Лятика) располагались южнее Кодского княжества, на Иртыше.

По всей вероятности, Лятик был правителем Тяпарского княжества, располагавшегося в Нижнем Прииртышье. Княжеская резиденция находилась в легендарном городке Тяпар-вош. Отсюда и эпитет «сибирский» (тяпырский): тяпар-сяпар-сяпыр- сибир. То, что это княжество было давним врагом обдорцев, подтверждается героическим сказанием о походе тяпарских богатырей в низовья Оби, где находилась крепость князя-богатыря Нангхуша.

17

Первое упоминание о народе югра принадлежит перу готского историка Иордана, жившего в шестом веке. Он писал о том, что славянские племена торговали с югрой (не указывая определенно место обитания этого народа). В девятом веке древнерусский летописец, перечисляя народы, платившие дань Киевской Руси, в числе прочих назвал и югру, обитавшую рядом с народом печора. В 1096 году летописец Нестор записал рассказ новгородца Гюряты Роговича, который четырьмя годами ранее «...послах отрок свой в Печору, люди иже суть дань дающие Новгороду, и пришедшю отроку... к им и оттуду иде в Югру. Югра же людье есть язык нем и седять с самоедью на полунощных странах...».

Это летописное известие трактуется историками неоднозначно. Суть разногласий заключается в определении места обитания югры: Северное Приуралье или Северное Зауралье. Ясно, что югра обитала восточнее печоры, так как новгородцы двигались с запада на восток, а югра указана после печоры. Район обитания печоры, по всей видимости, находился в бассейне одноименной реки, берущей начало на западных склонах Уральских гор, недалеко от истоков сибирской реки Северная Сосьва. Именно здесь и проходил один из наиболее удобных «чрезкаменных» путей в Нижнее Приобье. Споры среди историков о первоначальном районе обитания летописной югры не утихают и по сей день.

Русские летописные известия о народе югра и стране Югра связаны с описаниями походов военных ратей для покорения югорцев и взимания с них дани. Сначала это были новгородские, затем устюжские (Великий Устюг), а с XV века - московские отряды. До конца XVI века было совершено не менее двенадцати таких походов. Зависимость югры и других обско-угорских племен от Новгорода и Москвы была номинальной, ограничиваясь, как правило, единовременным сбором дани.

Первое бесспорное свидетельство о том, что Югра находилась в Нижнем Приобье, содержится в описании похода новгородского отряда во главе с воеводами Александром Абакумовичем и Степаном Ляпой в 1364 году: «Тое зимы с Югры новгородцы приехаша... воевавше по Обе реки до моря, а другая половина рати на верх Оби воеваша...». Как видно, под Югрой в данном случае понималась весьма обширная и нечетко обозначенная территория.

В середине пятнадцатого столетия, кроме Югры, русские летописцы упоминают Коду (Кодское княжество), Обдор (Обдорс- кое княжество) и пелымских князей (Пелымское княжество). Их расположение довольно четко обозначено в русских письменных источниках семнадцатого века, в первую очередь, в ценнейшем географическом описании - «Книге Большому Чертежу». Эти княжества опоясывали с трех сторон бассейн левого притока Оби - Северной Сосьвы, где и находилась территория Югры.

Следует особо отметить, что летописцы, различая названия княжеств обских угров (Обдора, Кода, Югра и Пелым), иногда именовали югорскими обдорских и кодских князей, а также всю территорию Нижнего Приобья. В официальных документах такая путаница была недопустима, поэтому к титулу Великого князя Московского после походов 1483 и 1499 годов было добавлено «князь Югорский, Кондинский (Кодский) и Обдорский».

В шестнадцатом веке название Югра в русских летописях и официальных документах уже не употреблялось, а обско- угорские княжества, как правило, именовались по рекам, на которых они располагались: Ляпинское (бывшая Югорская земля), Казымское, Демьянское, Пелымское, Кондинское. В семнадцатом веке, с ликвидацией княжеств, территория, заселенная остяками (ханты) и вогулами (манси), называлась уже Сибирью.

18

Здесь автором допущена неточность: Сургут был основан в 1594 году. Кроме того, Пелым находился не в «остяцкой земле», а на территории бывшего Пелымского княжества, заселенного вогулами. В 1895 году на территории Обского княжества был поставлен Обдорский острог.

19

Остров расположен недалеко от устья реки Куноват, получившей название от остяцкого городка Кун-ават-вош («Город на высоком мысу»), входившего в конце шестнадцатого века в состав Ляпинского княжества. В XV-XVII вв., вероятно, северная граница остяцких земель не была устойчивой, но остяки жили и по берегам Оби ниже Куновата: Обдорское княжество находилось в устье Оби. Ненцы же в основном кочевали в тундре или оседали в глубинных районах правобережья Оби.

20

В словосочетании «най анка» слово «най» означает «огненная», что согласуется с олицетворением богини в виде огня, поэтому тавтологии здесь нет.

21

Здесь имеется в виду былина про «Подобного болотной морошке сильного богатыря». Предположение Патканова о том, что былина создавалась южными остяками, жившими в черноземных степях Приишимья, подтверждается археологическими материалами. Население лесостепной и южнотаежной зон Западной Сибири разводило лошадей еще в бронзовом веке (II тыс. до н. э.). Племена саргатской археологической культуры, являвшиеся лесостепными уграми, вели полукочевой образ жизни. Лошади составляли около половины домашних стад саргатцев. Саргатские воины были всадниками. Наследники саргатских племен – население потчевашской и усть-ишимской археологических культур – продолжали их коневодческие и военные традиции. В более северных таежных областях лошадь была известна, начиная с раннего железного века (I тыс. до н.э. – середина I тыс. н.э.) и использовалась, главным образом, как жертвенное животное. Предполагается, что северяне закупали лошадей у южных соседей, на что указывают данные хантыйского и мансийского фольклора и письменные источники.

Культ всадника-богатыря и богатырский эпос начали складываться у южных предков обских угров в раннем железном веке. Об этом свидетельствуют, в частности, гравированные изображения всадников на бронзовых бляхах из так называемого Истяцкого клада, найденного в низовьях Вагая, левого притока Иртыша.

22

Хантыйское название «авыт» (ават, аут) означает «высокий мыс» и является древним заимствованием из языка иранских племен, южных соседей саргатцев (лесостепных угров). В иранских языках «ават» (абад, апат) значит «город, селение»; первоначальное значение – «обводненный», «водное место». Обычно употребляется в качестве второго слова (форманта) в сложных географических названиях: на юге – Ашхабад, Джелалабад, и др., на Обском Севере – Кушеват, Киеват, Куноват и т.д.

Полные названия поселений звучали как Куноват-вош («Городок на высоком мысу»), Кушеват-вош («Городок на песчаном высоком мысу»), Киеват-вош («Городок на каменном высоком мысу»).

Такие поселения нельзя сопоставлять с «княжествами». Они вместе с окрестными промысловыми угодьями составляли так называемую общину-юрт, население которой объединяли хозяйственные и родственные отношения. «Городки на высоких местах» могли быть княжескими резиденциями, столицами княжеств, объединявших целый ряд поселений на достаточно обширной территории.

23

Абрамов Н.А. – известный сибирский ученый, краевед, чьи труды, посвященные истории, географии, археологии и этнографии Тобольского края до сих пор представляют большую научную ценность (подробнее об Н.А. Абрамове – в статьях, написанных его современниками Ф. Петуховым [литературный псевдоним А.И. Сулоцкого] и Е.В. Кузнецовым. (См.: Абрамов Н.А. Город Тюмень. Тюмень: СофтДизайн. 1998). Сведения об археологических памятниках Западной Сибири, в том числе городищ, собирались лично Абрамовым во время его поездок по Тобольской губернии и содержатся в его трудах: Описание Березовского края // Записки РГО. Спб., 1857. Кн. XII; Курганы и городища в уездах Тюменском, Ялуторовском и Курганском//Тобольские губернские ведомости. 1857. №4.

24

В настоящее время на территории, некогда заселенной предками современных ханты и манси (Нижнее и Среднее Приобье, Нижнее Прииртышье и Притоболье, восточные склоны Урала) известно около двухсот городищ. Большая часть из них обследована археологами. В результате выяснено, что городища появились в начале I тысячелетия до н.э., а прекратили существование в ХVI–ХVII веках. Большинство из них датируется ранним железным веком – ранним средневековьем. Наряду с многослойными городищами, функционировавшими длительное время, известно большое количество кратковременных городищ.

Число городищ, которое можно соотнести с эпохой героических сказаний обских угров, не превышает цифру, приводимую Паткановым. Как правило, в названиях поздних городищ присутствуют топоформанты -вош, -ваш, -уш, -ус и -кар, -кор, которые означают «город», «городок», «укрепленное поселение» в переводе соответственно с хантыйского, мансийского и древнекоми языков. Городища с остатками мощных оборонительных сооружений, отличающиеся значительной, по местным меркам, площадью, встречаются как на юге, так и на севере края.

25

Чувашский мыс, или Потчеваш, – средневековое городище на территории современного Тобольска (правый берег Иртыша). Рядом с мысом состоялось историческое сражение дружины Ермака с войском Кучума. Городище известно со второй половины семнадцатого века. По материалам его раскопок выделена потчевашская археологическая культура (VI-IX вв.), население которой расселялось в Нижнем и Среднем Прииртышье, занимаясь охотой, рыболовством, скотоводством и земледелием.

Название Чуваш (Потчеваш) к чувашскому народу отношения не имеет. По мнению В.Н. Чернецова, оно произошло от хантыйского «печ-вож» («олений городок»), что косвенно указывает на этническую принадлежность потчевашского населения. Считается, что потчевашская культура сложилась на основе слияния лесостепного угорского и лесного самодийского населения.

26

26 В названии городка Нанк-хуш-вош не вызывает трудности перевод первого и последнего элементов, означающих по-хантыйски соответственно «лиственничный» и «городок». Значение слова «хуш» неясно. Известный лингвист А.К. Матвеев считает, что оно могло попасть к ханты из мансийского языка, где «хусь» – слуга, и употреблялось первыми в собственных именах. Если это предположение верно, то топоним можно перевести как «Городок лиственничного слуги (мужчины?)». По мнению Н.К. Фролова, в хантыйской топонимии слово «куш» (хуш?) употреблялось в значении «песок»: Кушеват – «Песчаный мыс». В таком случае, Нанк-хуш (ават?) -вош могло означать «Городок лиственничного песка (песчаного мыса)».

Предпочтительнее все же выглядит первый вариант перевода, так как в этом случае имя былинного Кровавого богатыря – старого Нанк-хуша звучит вполне естественно для средневековой обско-угорской антропонимии: «Лиственничный слуга (муж, мужчина)». В фольклоре ханты и манси часто встречаются имена «растительного» происхождения: «Серебряная смородина – Золотая смородина», «Подобный осиновому листу верткий муж», «Маленькая женщина Брусничный глаз» и т.п. Наконец, в архаичных сюжетах встречаются менквы (мифические гигантские богатыри), вытесанные верховным божеством из лиственницы, то есть тоже «лиственничные богатыри».

Местонахождение былинного городка Нанк-хуш-вош можно с помощью топонимических данных. Из текста былины ясно, что он находился на Оби ниже места впадения в нее реки Куноват. На этом участке Оби известны два поселения, в названиях которых есть слово «нангк» (лиственница): городище Нанки-вош, расположенное на яру в устье реки Питляр и бывшее хантыйское поселение Нангк-Юх-Пугол, находившееся на острове Нанги в устье Оби. В былине говорится, что Тяпарским богатырям надо было пересечь сор (пойменный залив, сезонное озеро) Кровавого богатыря, «...столь широкий... что его глаз не охватывает, как будто там небо и вода пришли в соприкосновение». В устье реки Питляр есть большое соровое озеро, но оно, конечно, уступает разлившейся пойме в устье Оби, которая может достигать ширины в несколько десятков километров. Поэтому питлярский вариант, при всей его привлекательности, выглядит менее предпочтительным. Загадка эта может быть окончательно разрешена только после археологических исследований древних городков в устье Оби и на Питлярском сору.

27

Очень точное и детальное описание пути эмдерских богатырей по Оби, Иртышу и Конде в городок Кары-поспат-вош, а также то, что упоминаемые в былине топонимы почти без изменений дошли до нашего времени, – все это позволило екатеринбургским археологам разыскать легендарный Эмдер. В 1994 году они начали раскопки на его месте, на городище Ендырское I. Городище расположено на высокой двадцатиметровой террасе берега р. Ендырь, левого притока Оби. Хорошо сохранились остатки крепостных стен, рвов и проходной башни. Основной период существования крепости пришелся на ХI-ХVI века. При раскопках было найдено много разнообразных железных наконечников стрел, в том числе так называемые «бронебойные», звенья кольчуг, остатки деревянной мостовой. В целом, археологические материалы не только подтвердили летописные описания образа жизни эмдерских богатырей, но и существенно дополнили их.

Это открытие доказывает несомненную ценность и историчность героических сказаний ханты, записанных С.К. Паткановым.

28

Правильное написание «Турбинская».

29

М.Ф. Косарев, известный археолог-сибиревед, считает, что прозрачность тела богатырей городка Харда (Картавож), непрозрачность богатыря Евра и высокомерность первых свидетельствуют о существовании в обско-угорском средневековье своеобразной иерархии князей. По его мнению, некоторые из князей считались более высокородными, так как вели свое происхождение от элиты саргатских племен раннего железного века. Это наблюдение согласуется с точкой зрения о двухкомпонентности обско-угорского общества: угры-савыры и их таежные соседи; в XX веке – брачные группы Пор и Мось. В фольклоре обских угров Мось и Пор всегда соперничают, причем характеристики Пор всегда занижены или имеют негативную оценку. Пор связаны с земным таежным миром, их дух-предок, покровитель – медведь. Мось – потомки богатырей, спущенных с неба, их священный предок, дух-покровитель – гусь. Возможно, в былине отразилось как раз существовавшее когда-то в древности деление ханты и манси на две группы различного этнического происхождения.

30

Малица – глухая длинная одежда мехом внутрь, как правило – с капюшоном. Гусь – мужская верхняя глухая одежда из меха с капюшоном, одевался через голову. Парка – распашная меховая одежда.

31

Григорий Новицкий – ссыльный мазепинский полковник, земляк и соратник крестителя остяков и вогулов Филофея Лещинского. Принимал активнейшее участие в миссионерских экспедициях на Обь и ее притоки, в одной из которых погиб в стычке с язычниками. За большие заслуги в распространении православной веры среди остяков и вогулов был награжден похвальной грамотой от Петра Первого. В 1715 году написал «Краткое описание о народе остяцком» – первый серьезный этнографический труд по обским уграм, основанный на личных наблюдениях.

32

Имеющиеся на сегодня археологические материалы по вооружению средневекового населения западносибирской тайги свидетельствуют о том, что к девятому веку мечи (оружие с обоюдоострым клинком) практически были вытеснены новыми видами клинкового оружия – однолезвийными (саблями и палашами). Единственный экземпляр меча двенадцатого века, найденный на р. Омь, сделан древнерусским мастером. Возможно, причина появления термина «меч» – неточный перевод, так как название «нар» переводится Паткановым и как сабля, а слово «кег» – как нож. Ханты конца девятнадцатого века имели весьма смутное представление о мечах, в то время как сабли и палаши их героических предков были обязательным атрибутом святилищ.

В середине двенадцатого века арабский путешественник ал-Гар-ати писал, что восточные купцы привозили в Волжскую Булгарию, торговавшую с северными народами, в том числе и с югрой, не мечи, а клинки. Возможно, и в этом случае речь шла о саблях или палашах. Кроме того, на всех известных гравированных или литых изображениях таежных воинов- предков ханты и манси встречаются только сабли. В предшествовавшую эпоху (ранний железный век, до середины первого тысячелетия н.э.) воины изображались с коротким мечом или кинжалом.

Нельзя исключить, что героический эпос ханты включает разновременные напластования. В этом случае такие архаизмы, как меч, встречающиеся в текстах, записанных Паткановым, могут свидетельствовать о более древнем времени складывания богатырских сказаний, а именно – о раннем железном веке, когда в западносибирской тайге появились укрепленные поселения. Именно к этой эпохе относятся первые изображения воинов, находки шлемов, коротких мечей, боевых железных и бронзовых наконечников стрел, панцирных костяных пластин.

33

Уральские археологи С.Ф. Кокшаров и А.П. Зыков, авторы раскопок легендарного Эмдера, вполне резонно предполагают, что под «кольчугой с сотней торчащих рожков» имеется в виду панцирь с костяными пластинами.

34

При раскопках археологических памятников эпохи средневековья, связываемых с предками ханты и манси, выяснено, что еще в пятнадцатом веке обско-угорские мастера добывали так называемую «болотную руду» (гематит), из которой плавили в специальных горнах железо. Кузнецы владели различными приемами ковки, применяли закаливание, кузнечную сварку и изготавливали самые различные виды изделий: ножи, наконечники стрел и копий, топоры и т.д. Причины исчезновения древнехантыйской черной металлургии и кузнечного дела – не «уход в Китай» кузнецов, а вытеснение местных изделий привозными (из Руси), более качественными. В шестнадцатом и семнадцатом веках на Оби и Иртыше разразилась настоящая «пушная лихорадка», основным занятием потомков богатырей и кузнецов стала добыча ценных мехов.

35

Пайрахта – одно из имен наиболее почитаемого (наряду с богиней-матерью Калтащ) божества обских угров. Седьмой и наиболее могущественный сын верховного божества Нуми-Торума, божественный богатырь, надзирающий за порядком в мире, изображался в виде всадника. Его другие имена: Мир-ванты-ху, Тунк-пох, Орт-ики (у ханты), Мир-сусне-хум, Сорни-торум, Эква-пырищ (у манси).

36

Упоминание в былинах глиняной (керамической) посуды косвенно подтверждает их датировку: керамика в течение четырнадцатого века была вытеснена более долговечными бронзовыми и железными привозными котлами, следовательно, в былинах описаны события и образ жизни предков-богатырей, живших не позднее этого времени.

37

В Сибирских летописях имеются сведения лишь о том, что казаки привезли из иртышского похода «знатное число хлебных и рыбных запасов». Достоверные данные о наличии земледелил у ханты в указанное время отсутствуют. Кроме того, из этнографии обских угров известно, что они никогда не заготавливали больших припасов пищи на зиму, а брали у природы столько, сколько им нужно было на ближайшее обозримое будущее. Поэтому в девятнадцатом веке в «безрыбные» годы они голодали. В связи с этим сведения летописей о добыче Ермаковыми казаками больших припасов, тем более хлебных, видимо, недостоверны.

38

Речь идет о своеобразных таежных «счетах». Этнографы зафиксировали у ханты и манси использование специального посоха или палочки, на которых зарубками отмечались песни и пантомимы, исполняемые на традиционном медвежьем празднике. Очевидно, такой способ подсчета уходит корнями в глубокую древность.

39

Русским словом «черти» С.К. Патканов передает хантыйское понятие «злые духи», «духи подземного мира». Внешний облик их не имеет ничего общего с русским чертом: ни рогов, ни хвоста. По поводу двуликости этих духов следует упомянуть о точке зрения этнографа А.В. Головнева, согласно которой «злое божество», «двойственная Тâрн» Патканова – образ двуликого и двойственного по отношению к человеку древнеугорского божества, в котором слитно существуют противоположные понятия: «огонь» – «вода»; «верх», «небо», «мир» – «низ», «подземное царство», «смерть». Видимо, двуликость богини (она же – бог Нижнего мира – Кынь-ики) присуща и ее воинству – духам Нижнего мира.

40

Мифический образ подземного гигантского чудовища, покрытого шерстью и обладающего огромными рогами, распространен у многих народов Евразии. Ханты называют его «мывхор» (земляной бык), «мыкар», «вес», манси – «виткащ» (подводное чудовище), «махар». По их представлениям, находимые в обрывах рек бивни мамонта – это рога мывхора (иртышские ханты звали его «вес»). Одна из разновидностей мифического чудовища – «юр», живет в воде. Мувхоры достигают высоты четырехпяти метров, по описаниям напоминают мамонта. В юра или виткащ превращаются старые лоси, медведи, у которых вырастают огромные рога (бивни мамонта), появляется рыбий хвост. Салымские ханты старую, поросшую шерстью рогатую щуку-мамонта называли «весом».

41

«Калевала» – собрание языческих карело-финских мифов о сотворении мира, строении Вселенной и эпических сюжетов о подвигах богатыря-великана Калевы, обработанное в стихотворной форме финским поэтом и фольклористом Э. Лёнротом в 1835 году. К этому времени многие мифические представления языческого прошлого были основательно забыты: финны и карелы приняли христианство в двенадцатом веке. Содержание эпических сказаний было модернизировано Лёнротом, да и сами тексты, собранные им, отражали более поздние времена, иной социальный и бытовой уклад финского и карельского народов.

42

По мнению этнографов, более точно отражает представления ханты и манси термин «жизненная сила», а не «душа». У женщины – четыре такие силы, у мужчин – пять. Сохранились архаичные поверья о том, что одна из душ человека обитает в голове или волосах. Отсюда – обычай снимать скальп, чтобы противник окончательно умер и не смог возродиться.

43

Гондатти Н.Л. – государственный деятель, действительный статский советник, бывший губернатор Тобольской губернии (с 1906 по 1908 годы). Интересовался историей и этнографией Сибири. В 1888 г. в Москве опубликован его труд «Следы язычества у инородцев северо-западной Сибири», где имеются очень ценные материалы по культуре ханты и манси, собранные лично Н.Л. Гондатти.

44

Здесь – явная ошибка, так как р. Тап (Большой Тап) впадает в Конду с севера. Ее верховья почти смыкаются с истоком р. Ендырь, на которой располагался Эмдерский городок. Самоеды (предки современных ненцев) могли попасть на Тап по одному из левых притоков Оби.

Река Тавда протекает в 180-200 км к югу от Конды. В ХV-ХVI вв. на Тавде жили вогулы (манси). Археологические материалы свидетельствуют о том, что в средневековье в бассейне Тавды проживали племена, родственные нижнеобскому и кондинскому населению, то есть обские угры.

45

Численность защитников крепости явно преувеличена. Такое количество бойцов не могло вместиться в городке. Кроме того, по данным начала семнадцатого века на Иртыше и Конде проживало около 250 взрослых мужчин, плативших ясак в государственную казну.

46

Фишер И.Э. – российский историк девятнадцатого века, известный своей «Сибирской историей с самого открытия завоевания сей земли российским оружием», вышедшей в Санкт-Петербурге в 1774 г. В целом труд носит компилятивный характер: автор многое заимствовал из «Истории Сибири» Г.Ф. Миллера.

47

Лугуй – ляпинский князь, живший в конце шестнадцатого века. Его владения – Ляпинское княжество – включали бассейн Северной Сосьвы (в том числе и реку Ляпин, сегодня – Сыгва), берега Оби в районе р. Куноват. В 1586 году Лугуй признал власть московского государя, обязавшись платить ясак «по семь сороков соболей лутчих» в год. В 1593 г. во владениях Лугуя был поставлен русский город Березов.

48

Игичей – сын Алача (Алачея), наследовавший Кодское княжество – самое крупное территориальное раннегосударственное образование обских ханты. Правил в конце шестнадцатого века, умер в 1603 г. Игичей со своим войском активно помогал Русскому государству осваивать Западную Сибирь: вместе с русскими отрядами принимал участие в походах на обдорцев в Конду и Пегую Орду (остяцкое княжество на Средней Оби), участвовал в строительстве Березова и Сургута. В 1594 году за особые заслуги царь Федор Иоаннович пожаловал Игичея Васпукольской (на Оби, ниже Березова) и Колпукольской (низовья Иртыша) волостями и передал ему в пожизненное владение пермскую волость Лену на р. Вымь. В 1602 году Игичей ездил в Москву, где принял православие.

49

Курманак Танаев – кондинский князь, правивший в конце XVI – начале XVII вв. В 1600 году «бил челом» царю Борису Федоровичу на кодского князя Игичея, который шестью годами ранее убил родителей Курманака и угнал в полон множество кондинцев, в том числе и семью самого князя. Борис Федорович повелел, чтобы «вперед бы Князь Игичеевы люди в большую Конду не ходили, и Вогулич не били, и жон и детей и людей не имали, и насильства им ни катораго не чинили».

50

Агай – кондинский князь, взятый в плен кодским князем Игичеем в 1594 году. Вместе с ним были пленены его сын Азыпка, брат Нозякма (в царской грамоте – Косяскма) и дочь, которая досталась Игичею. Остальные высокородные пленники были отправлены в Москву.

51

Обдорский князь Иван Тайшин – потомственный дворянин – правил в конце восемнадцатого века. Его дед Тайша при Петре I был крещен под именем Алексея. Отец Ивана – Матвей – исходатайствовал у Екатерины II дворянское звание и приезжал в Москву в 1766 году как депутат в комиссию об Уложении.

52

Нахрачи – княжеский городок на р. Конда. Находился на месте современного села Кондинского.

53

По неизвестной причине в статье отсутствует пункт 7.

54

Тюм. окр.

55

вер., тюркское слово.