# Стезя

Н. В. Денисов

Да, может быть

Мужик был злой и трезвый, как стакан.
Речной вокзал закатом был украшен.
Я речь повел, мол, видел много стран.
Он оборвал:
– А мне хватило нашей!

Я проглотил глухой обиды ком:
– Да бог с тобой, коль ты такой везучий,
Вон пароход, катись ты прямиком
На Север свой! – и кепку нахлобучил.

Как много их, копя к эпохе злость,
Бродяжа тут – при силе и при хватке,
Легко спилось и в сферы вознеслось
На нефтяной сибирской лихорадке.

– Ну ладно, друг, ты тоже не дури! –
Он взял меня за лацкан, – ну, манеры! –
Я что скажу: да здравствуют цари –
Хранители Отечества и веры!

Я так и сел на ржавый парапет:
– Ах, боже мой, зачем такие страсти?
Какая связь?
– Прямой как будто нет! –
Он похрустел браслетом на запястье.

И вдруг вскипел, выплескивая грусть.
И, распалясь, кричал, как будто лаял:
– Цари-то что! Поцарствовали, пусть,
Алешку жаль – парнишку Николая...

Теперь мужик сглотил обиды ком
И устремил в пространство взор колючий:
– Я сам читал, как он его – штыком.
Бандюга этот, Янкель... гад ползучий!

Со всех щелей повыползли они!
Теперь бегут, почуяли оплошку.
А было ведь – куда перстом ни ткни, –
Везде они пануют...
Жаль Алешку...

И тут он встал – большой – у лееров,
Взвалил рюкзак:
– Ну, ладно, посидели... –
Потом с борта махнул мне, – Будь здоров!
Не вешай нос, все сладится, земеля...

Потом зажглись на мачтах фонари,
И, берега и воду баламутя.
Вновь донеслось: «Да здравствуют цари!»
Да. Может быть... При нынешней-то смуте.

1990