# Первый парень на деревне

Л. К. Иванов

### Простые правила Зинаиды Антропьевны

Зинаида Антропьевна, как хорошая хозяйка, любит готовить.

– Мне кухарничать очень нравится. Люблю, что всем нравится и моя еда, и моя стряпня, – смеется Зинаида Антропьевна.

Особенно ей удаются ставшие ее фирменными блюдами свиные отбивные и пельмени. В пельмени в качестве начинки она берет свинину, говядину и мясо птицы в равных пропорциях. Вот в этом и заключается секрет ее рецепта, которым, так же, как и любыми другими, она охотно делится как с подругами, так и с коллегами по работе. А еще, признается, все любят ее булочки и пирожки с различной начинкой.

– Говорят, очень вкусными получаются пельмени из медвежатины, – называю я вычитанный где-то давно один из великого множества рецептов сибирских пельменей.

– Ой, да где же вы теперь медвежатину-то возьмете? – восклицает хозяйка. – И охотники настоящие вывелись, да и медведей в окрестностях Тюмени не стало.

– Не из-за любви ли к кулинарии да кондитерству и профессию пищевика выбрали? Одну и на всю жизнь? – интересуюсь.

– А кто во времена нашей молодости о выборе профессии задумывался? – вопросом на вопрос отвечает Зинаида Антропьевна. – Все определил случай.

Трудовая биография

Действительно, выпускнице средней школы поселка Московский, что под Тюменью, можно было сразу же поступать в расположенный рядом с домом сельхозинститут Северного Зауралья – отметки в ее аттестате позволяли смело поступать хоть на химика-лаборанта, хоть на какую другую специальность.

– Только у нас тогда, у всей молодежи, была тяга идти на производство, – говорит собеседница. – Хоть на завод какой, хоть на фабрику. Именно не в высшее учебное заведение, а на работу. Идеология в стране тогда, в середине шестидесятых, такая была. Нас человек пять, точно уже и не помню, устроились на электромеханический завод.

Но долго на этом предприятии поработать выпускнице не довелось. На заводе была очень строгая дисциплина, даже пятиминутное опоздание каралось дисциплинарным взысканием. Добираться же из Московского в тогдашних условиях, когда автобусы люди брали штурмом, без опозданий не получалось, даже если выходила из дома загодя. И через три месяца все «москвичи» добровольно оставили завод, чтобы не навлекать гнев начальства. У родителей Зинаиды был знакомый на водочном заводе, он и предложил девушке устроиться на их предприятие, где как раз требовались рабочие, потому что текучка там тогда была ужасная.

– В сентябре 1966 года я и пришла на водочный завод, – вспоминает Зинаида Антропьевна. – Меня сразу же определили на сдачу продукции. Тогда была ручная штамповка этикеток. Вот я штамповала бутылки и сдавала продукцию. Тогда еще и пробка на бутылках была сургучная.

На этой тяжелой работе трудилась всего четыре месяца. Заметив старание девушки, начальство предложило ей перейти в лабораторию. Сказалось еще и то, что в отличие от многих сотрудников у нее было среднее образование, а еще отличные знания по химии, необходимые для лаборантов. И была там то лаборантом, то потом инженером-химиком, то даже заведующей лабораторией, заменив ушедшую в декретный отпуск начальницу. Однажды решила поступать в институт. Сдала два экзамена, а вместо третьего с молодым человеком пошла на дневной сеанс нашумевшего фильма, на который вечером было не достать билета. На этом ее стремление к высшему образованию и закончилось навсегда.

Но трудолюбие и старательность девушки не остались незамеченными, и через некоторое время ее перевели мастером в цех розлива на новый завод на ул. Бакинских комиссаров. Была там начальником цеха, потом снова перевели на завод на ул. Челюскинцев тоже начальником цеха. Так там и работала до самого его закрытия в период горбачевско-лигачевского «сухого закона».

Предприятие передали пивоваренному заводу. Директор Александр Гаркуша толковыми сотрудниками не разбрасывался. И стала Зинаида Антропьевна начальником сначала цеха стеклотары, потом цеха сокоотделения. Так на должности начальника цеха осталась и после создания «Бената», в этой должности работает и сегодня, хотя уже давно можно было бы сидеть на пенсии, баловать домашних своими блюдами да пирогами.

– Я хоть в пищевку и пришла случайно, – признается Зинаида Антропьевна, – но это оказалось настолько моим, что никогда ни о чем другом и не помышляла. Хотя и зарплата во все времена у пищевиков была одной из самых низких. То, что было у меня в профессиональном и должностном росте, меня вполне устраивало. Меня как по течению несло по жизни. Да так несло, что мне нравилось. Хотя, если бы было высшее образование, наверняка работалось бы легче, ведь до многого приходилось доходить своим умом. Но другой профессии я для себя никогда не мыслила. И все, что имею, только благодаря заводу: и квартиру, и машину...

Капитализация

Галина Александровна Княжева, Нина Николаевна Савицкая и Зинаида Антропьевна Бакустина как раз и были руководителями на той площадке водочного завода, которую передали пивзаводу. Когда наступила эпоха приватизации, директор Александр Иванович Гаркуша пришел однажды и предложил:

– Девчата, давайте сбросимся по пять тысяч рублей и выкупим завод. Собственниками станем.

Но никто из женщин после коротких раздумий на предложение директора не согласился. Не понимали они: а зачем выкупать свой же завод, на котором отработали по столько лет. Это идеологи да организаторы приватизации изначально все хорошо понимали, а для простых людей, воспитанных при социализме, уроки капитализма были непонятны. К тому же и найти по пять тысяч рублей тоже было практически нереально.

Зинаида Антропьевна со смехом вспоминает то предложение директора. Мол, так и не удалось нам стать капиталистами. Нашел Гаркуша других компаньонов, но и им тоже разбогатеть не удалось: нашлись люди пошустрее и вскоре перекупили у них завод за бесценок.

Семья

Есть в семье Бакустиных трагедия, которая до сих пор кровоточит незаживающей раной. Их старшая дочь имела два высших образования, тоже работала на водочном заводе, но три года назад ушла из жизни. Теперь бабушка холит и лелеет двух осиротевших внуков. Один из них тоже пришел на ставшее родным для семьи предприятие и работает в охране. Еще одной внучке только четырнадцать, и она пока стоит перед выбором профессии.

Младшая дочь Мария закончила Тюменский нефтегазовый университет по специальности «экономика предприятий торговли и общепита», работала на водочном заводе в коммерческом отделе, одновременно преподавала в институте, а теперь уже полностью перешла на преподавательскую деятельность, учится в аспирантуре и в скором времени собирается защищать уже написанную диссертацию.

На «Бенате» работает водителем и муж Зинаиды Антропьевны. Так что три поколения Бакустиных связали свою жизнь с этим предприятием.

О трезвости

Вообще на «Бенате» с употреблением спиртного очень строго.

– У нас сам директор не пьет уже больше полутора десятков лет и другим не позволяет, – рассказывает Зинаида Антропьевна. – У нас люди знают, что если выпить на работе, то сразу же получаешь увольнение. Хоть какой ты хороший специалист, спуску директор не даст.

Не примет сторону нарушителя дисциплины и профсоюз, который уже много-много лет, с самого основания «Бената», возглавляет Зинаида Антропьевна.

– А как иначе? – восклицает она. – Пьющий человек для производства потерян. К тому же были у нас и трагедии. Друг главного инженера, который сам человек-кремень, оказался слабохарактерным. И закончилось все трагически. В наше время, если запить, можно очень легко все потерять. Голова должна быть на плечах. Мы только благодаря нашему директору, его строгости и выживаем. Прояви он хоть небольшую слабинку, нам бы не выстоять в девяностых, не построить бы такой прекрасный завод, в котором мы сегодня работаем. И я вообще не помню случая за все годы свой работы, чтобы хоть раз кого-то под руку выводили через проходную. У нас бы его вывели в последний раз. Больше бы на территорию предприятия никогда он не попал.

О профсоюзах

– Вы же от своей общественной деятельности ничего не имеете.

– Конечно! – соглашается Зинаида Антропьевна. – Кроме хлопот. Раньше мы по двести человек детей в оздоровительные лагеря отправляли. Это сколько было беготни!

– Может, ощущение власти? – подначиваю собеседницу.

– Да какая там власть?! В прежние времена профком хоть принимал участие в распределении путевок, жилья, премий, пусть некоторые лидеры при этом лишь формальное подпись ставили, а теперь у нас ничего не осталось. Путин, когда президентом стал, заявил, что каждый работодатель обязан заботиться о своих людях. И этим самым лишил профсоюзы значительной части влияния. Теперь защитой прав работников занимаются не профсоюзы, а инспекции по труду, которым даны большие полномочия. Мы занимаемся только отправкой детей в оздоровительные лагеря, напоминаем родителям, какие нужны справки. Но надеемся, что будут у профсоюзов еще и реальные полномочия. Времена-то меняются. Поэтому я и людей настраиваю, что надо вступать, ведь сегодня – одно, а завтра – другое. Хотя бюрократическую машину и тяжело повернуть.

Наше поколение привыкло к тому, что если говорят «надо», значит – надо.

Дача

Свободное время посвящает Зинаида Антропьевна даче. Точнее – двум, потому что вторая осталась от старшей дочери. И ее надо сохранить для внуков, чтобы, когда они осознают прелесть дачного отдыха, там был не заброшенный пустырь, а с любовью ухоженный участок.

– Цветы любим все, поэтому с каждым годом именно они занимают все больше и больше места. Зато сокращаем число грядок и площадь под картошкой, – улыбается Зинаида Антропьевна. – Ну, зачем тот же лук в большом количестве выращивать, если он в магазине осенью по 10 рублей? Так, немножко, чтобы летом прямо с грядки сорвать. То же самое и с морковкой или свеклой. У меня муж все за картошку стеной стоял, но в этом году оставили ее только с полсотки, остальное дети засеяли газонной травой.

На дачу ездят на автобусе. Хотя и машина есть, и права имеются у самой Зинаиды Антропьевны.

– А ремонтировать мужу машину помогаете? – интересуюсь, зная, как многие женщины любят заниматься с «железяками».

– Не-е-ет! Я вообще к мужской работе не приспособлена. Если даже красить что-то начну, то только напорчу. Вот полоть – это мое. И по хозяйству всю женскую работу никому не доверю. А работы хватает, потому что помимо своей увеличившейся за счет осиротевших внуков семьи надо еще и за парализованной матерью ухаживать. Хорошо еще, что живет в том же подъезде, поэтому не надо к ней ездить по городу.

Простое правило

О своих жизненных принципах Зинаида Бакустина говорит так:

– Отдавать душу своей работе и жить этим духом. Ты отдаешь свою энергетику, она множится с энергетикой других и сполна возвращается к тебе обратно. Я думаю, только так надо. Отдавая – получать. Если ты пришел на работу, получил специальность, так надо себя полностью и посвятить этой работе.

Про ссоры

Мало можно найти семей, где бы между супругами время от времени не возникали ссоры. Как правило, мелкие и по пустякам, но нередко из-за желания того и другого «держать марку» они затягиваются. Бывает не просто надолго, а приводят к разрыву. И вот в этих мелких ссорах важно бывает просто смирить свою гордыню и первому сделать шаг к примирению. Именно в этом, по глубокому убеждению Зинаиды Антропьевны, и заключается супружеская мудрость.

Когда у нас зашел разговор на эту тему, спрашиваю:

– Интересно, а кто в вашей семье начинает перемирие?

– Чаще ругаюсь я, – со смехом признается Зинаида Антропьевна. – Я же на работе привыкла командовать, вот эту привычку и на семью невольно переношу. Дома мне тоже, как на работе, надо, чтобы все было по-моему. Понимаю, что дома командирский голос неприемлем, потому что тут не производство, где все должно работать под четким единоначалием. А не всегда получается, как бы ни старалась. Но я первая и на перемирие иду. Ведь как на работе? Провинился человек в чем-то, не так что-то сделал, выскажешь ему, и надо дальше работать, как ни в чем не бывало. Ведь если на работника долго обижаться, это какая же обстановка в коллективе будет? Так же и дома. Зачем долго дуться и не разговаривать? Да мне по характеру и не выдержать долго не разговаривать, хоть с мужем, хоть с детьми-внуками.

Вот с такими простыми жизненными правилами и идет по жизни ветеран производства фирмы «Бенат» Зинаида Антропьевна Бакустина. И помогают ей эти правила, и обязанности налагают. А как иначе-то?