# Артур Чернышов. Разнолетье

Артур Васильевич Чернышов

## Артур Чернышов


## РАЗНОЛЕТЬЕ


## МУДРОСТЬ ОСТАВАТЬСЯ СОБОЙ

зарисовки с натуры

## САШКИНА ВЕРСТА

В классе Сашка сидел как раз у окна, и в перемены, облокотившись на подоконник, подолгу смотрел на улицу. Там, за окном, кипела иная жизнь. Утопая в грязи по самые двери, проползали бульдозеры. Они вытаскивали то огромные сани, нагруженные плитами, то мощные «МАЗы», то маленькие «газики», попавшие в серое месиво.

Чуть левее Сашка видел отцовский экскаватор. Он методично поднимал свой ковш, из которого сыпалась земля. а под ковшом появлялась большая яма. Подталкивая своего соседа по парте, Сашка часто показывал ему на башенный кран, который только что смонтировали. Получилось так, что кабина его оказалась на уровне окон Сашкиного класса, и когда крановщик разворачивал кран, то подмигивал ребятам, как знакомым.

За окном начал расти дом, потом другой, а там еще и еще. Саша с удовольствием наблюдал, как ловко орудуют каменщики, как красиво ложатся кирпичи, образуя прямые ряды. Так другой раз засмотрится, замечтается, что не слышит учительницу. За это ему попадало.

После окончания школы Сашка целыми днями не показывался дома. А первого июля уже с направлением в руках стоял в прорабской перед бригадиром:

— Меня к вам учеником направили.

Бригадир, смерив паренька взглядом, спросил:

— Сколько же тебе лет, малый? Да ты, пожалуй, и кирпича-то не поднимешь?

— Что вы, дядя, я уже сто раз пробовал, он же легкий, я даже на растворе пробовал его класть, — ответил Сашка.

— Ну как, берешь? — спросил подошедший прораб у бригадира.

— Да ладно уж, возьму, посмотрим, парень вроде ничего.

Бригадир решил закрепить Сашку за лучшим каменщиком. Подходя к нему, бросил: «Вот тебе, Степаныч, пополнение».

В первый день поработать Сашке не пришлось: пока ходил на склад за инструментом и спецовкой — время уже за полдень. Со склада пошел домой. У дверей встретился отец, уходивший работать во вторую смену, Увидев в руках сына инструмент, поинтересовался:

— Да где это ты свою лопатку так надраил, что она блестит, как зеркало? Вот бы мне так свой экскаватор начистить! — пошутил отец и, похлопав Сашку по плечу, добавил. — Иди домой, рабочий класс, мать тебя заждалась.

За обедом сын рассказывал матери, как его приняли в бригаду, кто будет учить, где он будет работать. А потом с гордостью повторил слова отца:

— Вот я и рабочий класс! — и убежал на улицу.

В свой первый рабочий день Сашка держался смело. Когда поднялись наверх, Степаныч взял большой клубок шпагата и стал прилаживать отвес, а Сашке сказал: «Гвоздочек бы мне покрупнее, пошукай у кого-нибудь в ведерке». Сашка молнией сорвался с пятого этажа, «поймал» первого попавшегося плотника, объяснил, что ему надо, и принес горсть гвоздей. Положив гвозди в ведро, стал помогать подсобникам расскладывать кирпич по стенке. Его глаз уловил, что между кирпичами должен быть определенный интервал, и Саша старался держать его точно. А когда каменщики погнали ряды, Степаныч показал, как надо расстилать раствор между наружним и внутренним рядами, показал, как класть средний тычковый ряд-забутовку.

— Вот освоишь эту работу, будем учиться класть внутреннюю версту. Самое главное, чтоб была хорошая перевязка на пятый шов, — говорил мастер. Саша внимательно слушал его и работал. Увлекся так, что не расслышал, как его позвали обедать.

После обеда он, уже подражая остальным мастеровым, кричал: «Растворчику!». Молодая подсобница Маша говорила напарницам:

— Вы смотрите, девчонки, оперился парень!

В два часа бригадир сказал: «Хватит. Твой рабочий день кончился, можешь идти отдыхать».

Домой идти не хотелось, и Сашка, примостившись на поддоне с кирпичами, где сидел с папироской его наставник, робко спросил:

— А что такое «верста»?

Об этой версте Саша думал с самого утра.

— Верста, Саша, — начал рассказывать Степаныч, — это я считаю, большая длинная дорога в жизнь. А «верста» у каменщиков — это ряд кирпичей. Вот я, например, двадцать лет гоню то внутреннюю, то наружную «версту» по стенке, и никогда не вижу ей конца. Если собрать все ряды, сложенные мною за двадцать лет, то получился бы путь на десятки тысяч верст. Есть еще одно понятие о версте. Верстать — это значит подниматься вверх. Вот этот дом мы сверстали за три месяца. Наша бригада построила в городе столько домов, что, если бы их сверстать в один, то получился бы такой дом, которым, наверно, можно подпереть небо.

Сашка долго смотрел вверх, будто бы там действительно видел дом, сложенный им самим.

…Спустя три месяца он успешно сдал экзамен и получил второй разряд. В руках оказалась хватка. Степаныч дивился, как все легко у него получается, и даже признался, что сам он «плавал» в подмастерьях дольше. Сколько ни работал он мастером, а таких смекалистых и ловких еще не встречал.

Сегодня Сашка работает на новой стройке и уже гонит лицевую «версту», и стена растет на глазах, поднимаясь все выше и выше.

1967