# Жизнь, что реченька бурлива... Избранное

А. Е. Шестаков

### ПОДВИГ МАМЫ АКУЛИНЫ


В 1941-м из деревеньки Сокольники, ныне микрорайон Заводоуковска, семья Перевозкиных отправила на войну одиннадцать сыновей. К маме Акулине Алексеевне вернулись только Федор и Василий. Погибли на фронте Илья, Дмитрий и Петр, Александр, Иван и Никита, Николай, Степан и Порфирий. Вечная им память! Людская! Сердечная!


Приток Тобола Ук,
Купая ивняки,
Нырнул ужом в волну
Приветливой реки.

Два стрежня обнялись
И, плесами шурша,
Степенно серебрят
К сединам Иртыша.

А тот при встрече им:
«За мной, браты, греби –
До шири, мощи
Матушки Оби.

Она сердечно нас
В стремнине соберет.
И вчетвером уже
Продолжим путь вперед.

До моря Карского.
В него струит всегда
И самых скромных
Реченек вода».

...И у людей ведь так.
Когда набатов звук,
Шлет в океан войны
По капле малый Ук.


ГОД 1941-й

Сокольники. Сельцо.
Малюсенько совсем.
А Перевозкиных
Семьища – диво всем.

От их калиточки
На тракт тропа торней:
В бой увела она
Одиннадцать парней.

И провожали их
Не много-много мам.
Одна сыночков
Проводила ко громам.

***

...Для глаз, для губ,
Известно, лук едуч.
Брызжут горечью калины.
Градом слезы не из туч,
А из сердца Акулины.

Ее сыночков в танках жгут,
Их глушат в адах батарей.
Проклятья мама шлет врагу
От миллионов матерей!

Им горько, тяжко
Крест нести,
Когда крестьянин
Под ружьем.
Как ниву хлебную спасти,
Когда жнецы
В борьбе с вражьем.

Земле-кормилице верны,
Верша свой ктятвенный удел,
Слабый пол в тылу войны
Враз вцепился в сотню дел.

Солдата хвалит Кремль салютом –
Почаще бы победных дат.
А сибирячки бьют по лютым
Трудом-подсобой для солдат.

Ведь эти женщины стальные.
Одна за трех косила луг.
Впрягались нежные, родные
В однолемешный
Ржавый плуг.

Снопы вязали до упаду.
«Всевышний,
Близких сохрани, –
Молились
Под слепой лампадой, –
Из битв любимых возверни».

***

...Сокольничья улица
Сонно тиха.
Петух не горласт
На побудочках ранних.
И нет тех вчерашних,
Воспетых в стихах,
Полышущих окон
Нарядно-геранних.

И Перевозкиных изба
Нахохлилась в сторонке...
Избавь, судьба, её, избавь
От горькой птицы-похоронки.

Но первой грянула сюда
Бумага злая.
Весть, октябрьски седа,
О Николае.
Мама шоково скользит
С треноги-стула:
Сразил германец-паразит
Сынка ее под Тулой...


ГОД 1942-й

Следом два конверта,
Два незванных,
Которые про Сашеньку
С Иваном,
Которые, мол,
Без вести пропали...
Родители их
Ноченьки не спали.

Родительские душеньки
Кровят. И выстрадали
Миф семейно-свят:
Не примем «без вести» –
Туман, неясность, пыль.
Уверуем в свою мы
Небыль-быль...
Сыны легли, знать,
Под могильный крест
После атак
За приграничный Брест...

***

Война свирепствует.
И запад на восток
Отправил новый
Траурный листок.

Опять в Сокольники,
За дальнюю Тюмень.
А матерей сердца-то
Не кремень.

И Акулину горе
Вновь знобит.
Скорей подайте
Пузырек эфирий.
«Убит четвертый!
Сыночка убит».
Убит красавец, богатырь
Порфирий...

Очнулась его мама,
Молвит грозно:
«Помню наш
Совсем не грешный миф –
Под Москвой, должно быть,
Под морозной,
Сгинул сын мой,
Немца разгромив».

***

...А новая беда
Случилась в мае.
Письмо от почтальонки
принимая,
Мама Акулина онемела,
Погасли ее очи, лик белее мела:
«Страшную бумажину
Прочту ль я?
Помоги, голуба,
Неужель – Илья?
– Да, не жив твой миленький,
Твой ненаглядный
Иленька, –
Письмоноска, глядя в строки, –
Отступитесь, злые роки,
От прореванной избы.
Дайте боль семье избыть.
Где же тот всеправный суд,
Суд тот исполиний?
Меня уж ноги не несут
С письмом-ударом
К Акулине.
Мне сумка с горями тяжка.
Плечо горит от ремешка.

- Отдохни от слез, Акуля, –
Плачут добрые соседки, –
Похоронка-то откуля?
Ну пойдем, дыхнем в беседке...

Встрепенулась Акулина:
«Похоронки волок длинный.
Шла, кажись, из Сталинграда».
...Там врагу была преграда,
Там фашисту были Канны
От солдата-великана.
Сек, как Муромец Илья,
Идолище грязное.
Гнал бандюг, полки жулья,
Кровопивье разное.
«Там и мой Илья полег.
Там остыл мой уголек.
Не дозволил палачу
В чужом дому разбои долги.
Мне дайте крылья – полечу
К сыночку, павшему у Волги!

***

Сокольники.
Березовые колки.
Серебро чебачьей Бигилы.
Бора одинокие осколки –
Сосны изумрудово-смуглы.
«Чьи ВЫ, ЧЬИ ВЫ, –
Перепелкин голос.
Треском крыл
Рвет облако кулик.
До земли в поклоне
Спелый колос.
Август красен,
Щедр и солнцелик.

Месяц этот в лете
Самый главный.
Весь ромашковый.
Бело-белым.
А в России плачут Ярославны:
Горько нынешним,

Как тем – былым.
И у Сокольничьего рва
Слезит дождем плакун-трава.
У Перевозкиных лоза
Под ветром мечется в слезах.

В печали ласточки тихи...
Глаза Акуленьки сухи.
До капли выплаканы ныне.
Молчит в бесслезовом унынье.
Вчера ведь были
Невредимы сыны –
Степанушка и Дима...

Судьба, за что такое мщенье?
Пять похоронных извещений!
Пять за год сорок второй.
Передых, судьба, устрой.
Пощади же Акулину...

А она, колосс былинный,
Материнский род не посрамив,
Шепчет быль
И новый шепнет миф:
«Мой Степан и Дмитрий мой

Не впорхнут уже домой.
В окопах Курска,
В Прохоровке-стали
Сынки мои, знать,
Биться подустали.
А были ведь крепки,
Не увальни-копули.
К таким летят быстрее
Смертны пули...
Такие жизнь кладут,
Близя крах врагу...
Такие «разогнули»
Курскую дугу».

Для таких рулады взвей,
Курский чудо-соловей!


ГОД 1943-й

Есть с фронта новости –
Информбюро новей –
Блокада прорвана
У града на Неве.

Здесь с немчурой вчера
Был очень трудный бой.
Здесь дзота шквал огня
Смельчак закрыл собой.

И снова взвод рванул
В запнувшийся бросок.
А Волков Александр
В отбитый лег лесок.

У скорбной звездочки
Дал залп и клятву строй:
«Мы век с тобой,
Посмертный наш Герой!»

Журавль над холмиком парил.
В поклонах поле просово.
Гвардеец подвиг повторил
Бойца Матросова...

А по Сокольникам молва:
«Писал о Волкове, мол, вам
Подробнейше и длинно –
Сын младший Акулины:

«Фронт Мерецковский
Волховский
Обрел, мол, подвиг
Волковский...»

***

А над Сокольниками смог.
Октябрь роняет лист в ракиты.
А к Перевозкиным письмо:
Убит сынулечка Никита.

«Отмечтал мечтатель мой,
Отлюбил родимый, –
Стонет мама. – Наш, восьмой,
Сгинул после Димы.

Знать, у Пулковских высот
Под горячим градом
Лег в ковер земных красот
Сын – моя отрада».

***

... А в Русь
Из самых теплых стран
Спешат крылатых вереницы...

...А из Руси
Нацист-тиран к Днестру
Отшвырнут, за границу...

Тяжка сверх тысячи деньков
Под оккупантом доля рабья...
И меч Акулиных сынков
Рубил клешню.
Фашистско-крабью.

Итогов близок бой-рубеж,
Но не щадит солдат планида:
На плащ-палатке цвета беж
Несут к могилке Леонида.

Война, ты что, уж зверь совсем
В своей хищнической хмелине?

Дала всего денечков семь
Без похоронок Акулине.

Девятый всполох по семье.
Переживи. Попробуй, ну-ка!
Жало б рвать войне-змее
За смерть Акулиного внука.

...А над деревней сизари –
Любимцы Лени,
Гордость Лени.
Зажглась рубинно от зари
Листва на всполохнувшем
клене.

А к Перевозкиным ветра,
И люты с самого утра.
И весть кинжалово остра:
Не стало сынушки – Петра.

Прошел с войной
Он много стран.
И в вечность лег от многих ран.

***

- Ну зачем война бывает? –
Спросят Мамы у Земли. –
Миллионы убивает,
Миллионами калечит.
Кровожадная далече?
Нет, она ко всем близка.
В каждом доме у виска.
Просят Матери, моля:
«Схорони войну, Земля!»

***

– Ну зачем война бывает? –
Спросят Деды у Воды. –
Миллионы убивает.
Океанищи беды.
При бессердечности металла
Русь похоронным
Плачем стала.
Бомбы-злюки сатаны,
Гибнут дочери, сыны,
Гибнут села, города...
Утопи войну, Вода!

***

- Ну зачем война бывает? –
Спросит Мальчик у Огня. –
Малых деток убивает...
Не седлайте для меня
Кавалерии коня.
Не вручайте малолетке
Игровые пистолетки.
Дай, Огонь, нам мира свечи,
А не сабельные сечи...

***

Под лебедушкины клики
Акулина спросит Небо:
- Где твой Правый Суд
Великий?
Засудить войну бы мне бы
На пожизненные сроки
За преступные пороки!
Миллионы убивает,
Миллионами калечит!
Пусть проклятой не бывает

Ни вблизи, и ни вдалече!
В моих Сокольниках
Очнись.
Пред гробами
Повинись.
Из-за тебя ведь
Не крылят
Сотни сбитых соколят.
Моих прикончила
Сынов.
Меня рвут раны
Жутких снов.
Мой вопль у стелы
Рвет молчанье.
Взметнули стелу нам
Сельчане...

***

Память высится, бела,
В небо пику подняла.
Небо, все стволы
Расплавь.
Чтоб ни посуху,
Ни вплавь.
Ни по нежным облакам
Не свирепствовать куркам.
Устрой нам, Небо,
Жизнь без войн,
Без смертных градов!
Устрой нам, Небо, жизнь
Из переливов радуг!

Тюмень – Заводоуковск.

Февраль 2011 года.