# 436 Кукарский Мне рассказал Самотлор

Анатолий Степанович Кукарский

## Анатолий Кукарский


## МНЕ РАССКАЗАЛ САМОТЛОР

Стихи и поэмы

## МНЕ РАССКАЗАЛ САМОТЛОР

Пролог

Когда плывет
Над миром тишина,
И люди спят,
И звери чутко
Дремлют,
Мне кажется,
Что вся земля слышна
И ей душа встревоженная внемлет.
Вот, грозные
Качая корабли,
Невесело вздыхают океаны.
Мне кажется,
Что сердце оплели
Все параллели и меридианы.
Рокочет в соплах
Рукотворный гром,
И молния ракеты беспощадна.
Пусть никогда не станет космодром
Последней в мире
Стартовой площадкой!
Волнуются зеленые леса,
Печалятся застенчивые речки:
Порой еще не в силах их краса
Жестокие сердца очеловечить.
Пустое слово
Не сорвется с губ:
Лес человеку служит,
Это знаю.
И шпалы возвращаются в тайгу
Певучей животворной магистралью.
Мне дорога нефтепровода нить,
Как рек российских плавное теченье.
Но человек
Обязан сохранить
Земли своей прямое назначенье.
Мы спорим,
Что есть средство,
Что есть цель.
Но только так заведено от века:
Земля ведь дом.
Она не только цех.
И этот дом
Один у человека.
Живи,
Как надо жить в своем дому,
Леса и воды
Добротою жалуй.
…А над землею
Небеса в дыму —
От факелов, от труб и от пожаров…
Но верят степи, воды и леса,
Что в человеке
Доброе начало,
Иначе не звучали б голоса —
Их голоса
бессонными ночами.


ОДНА ИЗ СУДЕБ
С делами дневными покончив,
(Немало пришлось попотеть!)
Сошлись мы в уютный вагончик
Негромкие песни попеть.
И трудной работой распарен,
Еще не остыв от забот,
Наколками меченый парень
Любовно гитару берет.
Он скроен упруго и прочно.
И в сердце не прошлого груз.
И песенка та не о прошлом,
Хоть слышится в песенке грусть:

«А я бывал в тоске,
А я бывал в тоске,
Тоска такая мне сушила кровь.
А в Нижневартовске,
А в Нижневартовске
Я нашел надежду и любовь!»

Теперь спотыкаться и падать
На общей дороге нельзя…
Наверное, все-таки память
Ему заглянула в глаза.
Да, было — не вычеркнешь — было.
Но здесь не об этом слова.
Отчизна его не забыла,
На трудный рубеж позвала.
Пусть маются плечи ломотой,
К щекам приливает пожар.
С нелегкой и честной работой
В нем рос человек и мужал.
…А парень со струнами ладит.
Он дружно с гитарой живет.
Я знаю, что Наденька-Надя
Его в Нижневартовске ждет.
Она его любит, голубит,
И солнцем полна голова.
А голубоглазая Люба
Вот-вот залепечет слова.
Да, так-то порою (нелишне
Напомнить под рокот струны)
Становится кровной и личной
Важнейшая стройка страны.
Растет, поднимается город,
У солнца берет красоту,
Растет, поднимается город
И с городом люди растут,
Ликуют, печалятся, любят,
Стремительность дней торопя.
И что бы ни строили люди —
Они созидают себя!

Голос воды
От Оби,
от Туры,
от Тобола,
Как послушные ЛЭП провода,
Я теку, я бегу за тобою,
Я вода,
я вода,
я вода.
Я прольюсь неожиданной песней.
Эти плесы —
Навеки твои.
И умойся ты мной и напейся,
И стального коня напои.
Я твоим прикасаниям рада,
За тобою отправившись в путь.
Никакой мне не надо награды,
Только будь,
только будь,
только будь!
Не забавься,
В живое стреляя.
Я тебе от души говорю:
Осетром, муксуном и стерлядкой,
Если хочешь, тебя одарю.
В том недоброго умысла нету —
У тебя золотая душа —
Но под радужной пленочкой нефти
Мне порой невозможно дышать.
Зная мудрость твою и усердье
В нескончаемых буднях труда,
Я прошу у тебя милосердья,
Я вода,
я вода,
я вода.

Одна из судеб
Лежневка. Тяжко трубовозу.
Шестой участок трубы ждет.
Володька Деев папиросу
С ожесточением жует.
Не из-за пакостной дороги,
Что так зыбуча и крута,
Володька Деев хмурит брови:
На сердце давит маета.
Такая, значит, ахинея
На данный день отражена:
Жена Володькина в Тюмени.
Теперь, возможно, не жена.
Тому причиною не водка.
Володьке водка — что прокол.
Цепляться не хотел Володька
За укороченный подол…
А в общем, вот она, причина,
Таи ее иль не таи:
Поскольку если он мужчина,
То, стало быть, глава семьи.
И комсомольскую путевку,
Понятно, получил глава.
Жену устроили в столовку,
В столовку, значит, номер два.
Квартиру даже обещали.
И дали б, что судачить зря.
Да и в семнадцатой общаге
Не дуло, честно говоря…
Ох, эта жизненная проза!
И получилось:
Что ни ночь,
Опять в подушку льются слезы.
А как таким слезам помочь?
И что ни день:
«Подлец ты, Вовка!»
«Ты что кричишь?»
«Я не кричу,
А надоела та столовка —
Назад в бухгалтерши хочу!»
«Да что ты зря бочонок катишь?»
«Ах, вот ты нынче стал каков!»
«Да успокойся: здесь бухгалтерш
По пять на двух буровиков.
И на общественных началах
Могли бы сосны сосчитать!»
Она ж — и в злости и в печали.
Как это можно сочетать?
То подплывает ловко-ловко
И тень наводит на плетень:
«Уедем, Вовка… Слышишь, Возка?
И будет все, как в первый день!»

Душа общенья захотела —
Легко ль обиду в ней таить?
Поведал мне Володька Деев
Историю своей семьи.
— Вот невозможная помеха —
Печенки все навылет жжет!
Сам понимаешь:
Как уехать,
Когда Альметьевск Нефти ждет?
Уехать?
Я ж на видном месте!
Не мог я слышать те слова.
К тому ж без тещи и без тестя
Я здесь мужчина и глава.

Вот так течет у нас беседа.
И я его врасплох ловлю:
— Уедешь, значит?
— Не уеду.
— А любишь, стало быть?
— Люблю…

Засыпка шла.
То исчезала,
То возникала на момент
Нить,
что с Европою связала
Наш, Самотлорский континент.

Голос тайги
— Милуй птицу боровую,
Не обидь зазря зверья.
Ставь на гривке буровую,
Будем вместе — ты да я.
Я лежневкой рассыпаюсь,
Я к ногам стелюсь тропой,
Я сегодня расступаюсь,
Человек,
перед тобой!
Ты снега мои измерил,
Ты разведал все вокруг.
Как мне хочется поверить
В доброту могучих рук!
Буровые, буровые,
Вырастают города.
Только птицы боровые
Разлетелись, кто куда.
Сквозь меня летят колеса,
Сталь о дерево звенит.
Только лисы, только лоси —
Ты не скажешь, где они?
Я жива еще покуда —
Не твори напрасных бед:
Если ты меня погубишь,
Не поможет нефть тебе.

Одна из судеб
Мне его состояние
Очень знакомо:
Словно важный отыскиваешь ответ.
По пустынному коридору горкома
Озабоченно ходит
Молодой человек.
Он надежен
Своей коренастою статью,
И в рабочей душе
Червоточины нет.
И такая взволнованность
К месту и кстати:
Он сегодня получит
Партийный билет.
Чуть шаги у приемной —
И весь, как вниманье.
Скрипнет дверь кабинета —
Инструктор прошел…
Да не надо тревожиться
Саша Иванин!
Ты ведь сам понимаешь:
Будет все хорошо.
Не в твоих ли руках
Каменеет усталость
После вахтенной ночи
И трудного дня?
И чеканные,
строгие
строки Устава —
Это все — о тебе,
Это все — про тебя.
Ты приехал сюда
По-мальчишески розов,
Но какие года
Пролетели с тех пор!
Не тебя ли шесть зим
На трескучих морозах
И работе и жизни
Учил Самотлор?
И морщинки уже положили узоры:
Год здесь за два.
Недаром порядок такой.
Но судьба твоя стала
Судьбой Самотлора,
А судьба Самотлора —
Твоею судьбой.
Что поэмы строка?
Слово — все же не дело.
Я ж тебе в день такой
Только слово дарю…

А серьезная женщина
Из орготдела Подошла:
— Проходите к секретарю.
Вот ведь что я заметил…
Ну да — так и было
И улыбчивый
В сердце оставило след.
Волновался
Василий Васильич Бахилов,
Коммунисту вручая
Партийный билет.
Под бровями седыми
косматыми
юно
В этот миг засветились
Две добрых зари…
Если в эти минуты
Волнуются люди,
Значит, нету причин
Опасаться за них!

Голос нефти
Мне в танковых моторах
Было трудно.
А вот сегодня
С радостью скажу:
Открыты для меня
Границы всюду —
По трубам только их перехожу!
Я мирного начала
Не нарушу.
Я залежь недоверья
Запашу.
Захочешь —
Стану детскою игрушкой.
Захочешь —
Спутник в небо запущу!
Я кровь Земли.
Я знаю:
пульс отличный.
А сердце —
Сердце с веком наравне.
И это, люди,
Очень символично,
Что сердце —
на советской стороне!

Нижневартовск — Тюмень