# 431 Еловских Рядовой Воробьев

Василий Иванович Еловских

## ВАСИЛИЙ ЕЛОВСКИХ


## РЯДОВОЙ ВОРОБЬЕВ

Маленькие рассказы

## В ожидании лодки

Воскресный день. У пристани многолюдно. Все ожидают лодку, чтобы переправиться на другой берег Туры.

Прохладно. Несколько дней шли дожди, и вода в Туре стала мутно-белой, как в корыте после стирки. От реки дует сырой ветер. Пахнет рыбой. У самой воды стоят парень и девушка. Им лет по восемнадцати-девятнадцати, не более. Оба русые, глазастые. Костюм парня старательно отутюжен. Девушка, распахнув пальто, беспрерывно поправляет складки платья. Это оттого, наверное, что стесняется. Не совсем свободно чувствует себя и парень. На его губах растерянная улыбка. Чтобы показать себя бравым человеком, он надвинул на лоб фуражку. У парня басовитый голос, который иногда срывается на высокие нотки.

Они совсем не замечают толпы. Смотрят друг на друга и улыбаются.

— Верочка, ведь ты простудиться можешь, — говорит парень, и лицо у него становится озабоченным. — Вода-то осенняя. Застегнись.

— Ой, да нет же. Мне нехолодно.

Лицо у Верочки покрывается строгими морщинками, а глаза, как прежде, веселые.

— Вот ведь какая! Дай я застегну…

Парень тянется к девушке, чтобы застегнуть ей пальто. Но та отстраняется и слегка стукает его по руке.

— Ой, какой же ты, Виктор…

— Какой?

— Такой.

— Ну, смотри. А то ведь опять перевяжешь горлышко платком.

— А когда это я перевязывала?

— Э-э, забыла? А на прошлой неделе.

— А кто виноват? Кто меня домой не отпускал?

— Ты мне тогда тоже не давала застегнуть пальто. Я тебя четыре раза просил…

Девушка немного думает и возражает:

— Нет, три раза.

— Нет, четыре.

— Нет, три.

Оба молчат.

— А ведь верно, что холодно, — признается девушка. — Волны какие… Ветер подул, оттого они… И облака…

— Облака вон какие черные и низко…

— А вчера они были беленькие…

— И высоко.

— Ой, Виктор! Была я сегодня утром в городском саду, а там на дорожках столько листьев от деревьев, ну — не пройдешь.

— А ты бы перепрыгнула! Ты же любишь прыгать…

— Не смейся. Ты всегда надо мной смеешься.

Девушка передергивает плечами, хмурит брови, отчего ее тоненький носик становится еще острее, и отворачивается от парня.

Парень начинает обиженно моргать глазами.

— Верочка! Вера! Напрасно ты обо мне так думаешь. Когда я смеялся?

— А на той неделе в среду…

— Когда?

— Уже забыл? Какой ты! Забыл, как выступал на комсомольском собрании и меня ругал? Что, мол, в спортивных соревнованиях не участвую.

— Не участвуешь, — подтвердил парень. — Ты, Верочка, не сердись. Тут нельзя сердиться. В самом деле нельзя. Я правду говорил.

— Ну и говори свою правду, и нечего ко мне приставать.

— Я многих критиковал.

— А меня нельзя!

— Да почему нельзя? — Лицо паренька внезапно становится упрямым.

Девушка еще больше хмурится и молчит.

О пристань гулко ударяется большая, до половины погруженная в воду лодка. На пальто девушки падают три пенистые капли. Парень поспешно вытаскивает из кармана синий платок и вытирает их.

— Не тронь, пожалуйста. Я сама.

— Верочка, застегнись, — умоляюще просит он. — Вон какой ветер подул!..

Девушка сердито смотрит на него и неуверенно ступает на дно лодки. Вслед за ней заходят в лодку мужчины, женщины и дети. Слышатся громкий говор и смех.

Вот лодка отчаливает от берега и медленно двигается вперед, рассекая волны.

Сейчас парень и девушка уже стоят, прижавшись друг к другу. Они, видимо, довольны тем, что их сжали со всех сторон люди, до отказа заполнившие лодку.

1948.