# Кравцов Под сенью Полярного круга

Александр Борисович Кравцов

## АЛЕКСАНДР КРАВЦОВ


## ПОД СЕНЬЮ. ПОЛЯРНОГО КРУГА

> Топографу Гринину Владимиру Тимофеевичу и охотоведу Боронкину Олегу Анатольевичу посвящаю.

Повесть, рассказы


## НЕПРОИЗВОДСТВЕННАЯ. ТРАВМА

Работал у нас на заводе слесарем по ремонту оборудования один мужичок. На вид - так себе, как говорят: метр с шапкой, но было у него одно достоинство - его мужское хозяйство. Вот уж воистину в корень пошел. Это мы высмотрели, когда после смены в бане мылись.

И работала у нас в цехе кладовщицей  одна баба: Машка - Золотая ножка. И что в этой Машке было примечательно, так это ее габариты. Ростом ее Бог не обидел, она была где-то под метр восемьдесят. И к сорока годам ее разбарабанило как бочку, центнера полтора набрала она весу, так что даже страшновато на нее глядеть было. Для сравнения: вот у меня сейчас нога, как у нее рука была, - Иван Петрович Словоблудов продемонстрировал нам свою отнюдь не маленькую ручку.

Тускло мерцала лампа «летучая мышь», освещая скудную обстановку рыбацкой избушки. Промокшая одежда, развешенная возле печки, парила и отбрасывала неясные тени. Мы уже похлебали ухи, запили ее чаркой водки и сейчас наслаждались горячим душистым чаем.

Вчера вечером после работы мы добрались на это лесное озеро с большим трудом. Хотя вовсю гуляла весна, зима напомнила о себе обильным снегопадом, который сначала сменился мокрой ледяной  крупой, а затем проливным надоедливым дождем и к тому же резким, порывистым ветром. Ловить стало невозможно. Леску забрасывало на крошево льда, и приходилось приложить немало усилий, чтобы опустить мормышку в лунку. Да и окунь перестал клевать. Вот и пришлось нам вернуться в избушку. А чтобы как-то скоротать время, начали рассказывать анекдоты, были и небылицы.

Иван Петрович вспомнил историю из заводской жизни:

- Так вот. Как-то после смены мы с мужиками пили пиво в ближайшем от проходной завода киоске. За спиной у нас шумел молодой листвой городской сад. Семен (это наш герой) пиво с нами пил очень редко, только иногда после получки или аванса, так как он был стеснен в финансах. Что ни говорите, а у него на шее сидело шесть девок. И всех надо одеть, обуть, накормить.

И вот как-то в мае, после Дня Победы, мы обмывали очередную премию. Был с нами и Семен. Взяли по паре кружек пива, добавили в него по граммульке водки, и под воблу, а она тогда еще по три копейки штука стоила, вели неторопливую беседу.

Тут нам на глаза попалась Золотая Ножка. Она подошла тоже пива выпить. А надо отметить что она провела очень бурную молодость, и в свое время была очень популярна как в городском саду, так и в ближайших заводских бараках как любвеобильная и безотказная особа. Я уж не помню, кому из нас взбрело в голову спарить их с Семеном.

Машку уговаривать долго не пришлось. Сенька уже маленько забалдел. Да много ли ему надо? Короче, мы его тоже быстро уболтали и отправили их в ближайшие кусты.

Минут через пятнадцать оттуда раздался жалобный болезненный крик Семена. Мы туда. Видим картину: лежит Семен на брюхе, зад у него весь в крови, а над ним Машка хлопочет:

- Миленький мой, хороший! Я же не хотела! - и пояснила нам: - Мне так захорошело, так захорошело, что захотелось еще чуть-чуть побольше. Я его схватила за задницу и давай к себе плотнее прижимать. А кто же знал, что она у него такая нежная? Вот она у меня в руках и порвалась немножко...

Семена увезли в больницу, где наложили около десятка швов.

А дома его ждал грандиозный скандал.